– Наигрались? – раздался голос Торвина.

Окружающее пространство я контролировал, но приближение Торвина не заметил, как и не заметил, что он сделал, только ощутил последствия. Причем последствия прилета меня в Баламута были более тяжелые.

– В следующий раз кидай меня в Баламута, – шепнул я, восстанавливая дыхание.

Баламут отвалился от меня, раскинул руки и заржал. Мне совсем невесело, болит все, но Баламут смеется так заразительно, что спустя пару вздохов я присоединяюсь…

Сев, прислонившись к стене, я сквозь слезы смеха вижу, что происходит в комнате. Девушки хлопали глазами, а Торвин сел обратно, к нам спиной.

Минут через пять, отсмеяв весь адреналин, я успокоился.

Баламут ловким движением подпрыгнул и встал на ноги, протянул мне руку. Я взял, он поднял меня, подтягивая к себе.

– Кто сильнее? – шепчет он.

– Торвин, – отвечаю я шепотом.

Баламут застывает, обдумывая, потом согласно кивает и хлопает меня по спине.

– Что это было? – задаю я вопрос Уму.

– Предположу, что скорость Торвина больше нашей.

– Да в тетрис этого Торвина! Что было со мной последний месяц, я как будто не знаю даже. Заснул.

– Предположу, учебный транс, воздействие петли и учебные материалы подобраны специальным образом.

– Это не может быть маст?

– Фиксирую наличие схожих реакций у четверых сокурсников.

– Предположу подавление эмоциональной части.

– Ага. Эмо? Ты чего скажешь?

– Что значит «в тетрис»? – задала волнующий ее вопрос Эмо.

– Э?

– Предположу, это связано с древней историей. Один каменщик обнаружил, что камни можно складывать с нарушением горизонтальных уровней. Такая кладка была прочнее. Каменщик занимался облицовкой колодцев. Тетрис – облицовка колодцев с нарушением горизонтальных уровней.

– Откуда ты это знаешь? – спросил я.

– Почему Гор послал Торвина в тетрис? – не дала себя сбить Эмо.

– В детстве перед школой мы проходили тестирование и ждали своей очереди, там был журнал «Интересные факты», мы разглядывали картинки.

– Але, Ум, почему «в тетрис»?

– А почему «але», Эмо? Общепринятое выражение, как любит говорить Ум. Предположу, что колодец глубок, и, отправляя кого-то в тетрис, отправляют в глубокую нору.

– А, да? Как в жопу?

– Хм, да, только вежливо.

– Согласно тому же журналу «Интересные факты» ничто не имеет такую низкую стоимость владения, как вежливость, и не ценится так...

– Что, так и было написано?

– Предположу, что окончание фразы было на другой странице, но нас вызвали на тест.

– Мы помним все, что с нами было?

– Так Фикс сказал, что все испытывали подобное. Но маст только у нас, значит, это не артефакт.

– Фикс сказал, что зафиксировал внешнее проявление, схожее с нашими. Маста, кроме нас, ни у кого нет… Возможно, у Торвина. Предположу, что наше поведение не связано с мастом.

– Надеюсь, – тихо подумала Эмо, – мы не будем выглядеть как Торвин, если это артефакт.

Я сел за стол и улыбнулся Таисии, сидевшей справа.

– Как дела?

– Уф… я как будто проснулась, – сказала девушка, – и не ела месяц.

Я потянул носом… Аромат жареной картошечки с луком и укропом, заправленной соусом «зеленья». Хрустящие палочки во фритюре «Сурабхин», смесь сирени с розмарином и вишней. Голод накрыл с головой… голод по запахам, вкусам…

– Предположу, что все так накинулись на еду, чтобы заглушить потребность в сексе, – сказал Ум.

– Секс? Где? А мы? – встрепенулась Эмо.