– Ингредиенты те же самые. – подал голос Слим – Пищевые картриджи.

– Зато форма и содержание другие. – отрезал Боб.

– Подозреваю, что еда в подобном заведении совсем не бесплатная. – предположил я.

– Это да. – погрустнел Боб – Три кредита вынь, да положь.

– А здесь сколько еда стоит? – уточнил я – Не для нас, для остальных.

– Один кредит. – ответил Роб.

– И тут мы подходим к самому интересному. – с воодушевлением сказал я – Где можно заработать кредиты?

– Ну смотри… – начал Боб. – Мы работаем на заводе. Дневная смена. Если выполнишь норму, то за смену тебе положено десять кредитов. Не выполнил – процент от того, на сколько не набрал лома. Дали норму десять тонн, ты привез за смену девять. Соответственно девять кредитов и получишь в итоге. Пока понятно?

– Понятно.
– кивнул я, по привычке переводя местные меры длины, веса и так далее в привычные мне километры и тонны – В идеале смена десять кредитов. За декаду – сотня. За месяц – три сотни. Это даже не смешно.

– Это еще не всё. – подхватил эстафету Роб – Иногда в корпусах остается не демонтированное оборудование. Чаще всего это энергошины и остатки системы жизнеобеспечения. Изредка встречаются другие приборы. Они – наша законная добыча. Собираешь ништяки и тащишь к скупщику. В удачный день можно и две, и даже три ставки поднять. Смекаешь?

– А охрана куда смотрит? – не понял я.

– В светлое будущее. – заржал Боб – Охранники – вчерашние работяги. Живут тут же. И прекрасно понимают, что завод, недополучив лишних тридцать – пятьдесят килограмм лома, не разорится. А вот людям жить станет чуть полегче.

– А говорят, когда все это дело только начиналось, один работяга вообще искин нашел. – сделал страшные глаза Роб – Продал его, разбогател и улетел к черту с этой планеты.

– Да-да-да-да-да. – улыбнулся я – На моей планете тоже есть подобные сказки. Мол, один свободный старатель нашел… – я запнулся, подбирая слова для адаптации новелл Джека Лондона – Короче, нашел самородок ценнейшего металла величиной с голову драхма, который стоил целое состояние. Правда, в нашей версии сказки он плохо кончил, кажись.

– Как? – заинтересовался Боб.

– Пристрелили. – кратко ответил я.

– Ну, тут не стреляют. – ответил Роб, встал с койки, на которой сидел и подошел к окну – Вернее, не очень часто стреляют. – поправился он – Но вот ограбить попытаются – запросто.

– Неужели тут нет нормальной работы с нормальной оплатой? – спросил я – Только целыми днями на жаре ручными резаками корабельную броню выгрызать? Это же умом двинешься.

– Можешь в теньке место выбрать. – обижено буркнул Роб.

– Алекс, тут люди, у которых либо вообще нет нейросетей, как мы с тобой, либо с интеллектом и социальным статусом настолько низким, что могут позволить себе лишь бесплатную базовую. – принял участие в разговоре Слим – Они уже заняли свое место в пищевой цепочке и им больше ничего не нужно. Все те, кто хоть как-то стремились изменить свою жизнь сейчас либо уже покинули планету, либо работают на станциях, либо в городе.

– А вы? – спросил я – Вроде умные ребята.

– А у нас нейросетей нет. – весело ответил Боб – А значит и выбора не оставили. Не смотрел в терминале вакансии для тех, у кого нет нейросети? Можешь глянуть. Практически всех приглашают на подобные перерабатывающие комплексы. Иногда появляется вакансия мусорщика. Выгружать контейнеры в автоматический сборник. Один раз я видел вакансию повара. Как у тебя с готовкой, Алекс?

– Из рук вон плохо. – признался я.

– То-то и оно. – подытожил Боб и с досадой наподдал по ножке кровати: – Быстрее бы восемнадцать стукнуло! – не знаю, специально или нет, но в этой комнате собрались те, кому до восемнадцатилетия оставалось меньше года.

– И что тогда? – с любопытством спросил я – В смысле – куда дальше двигаться намереваетесь.

– Во флот, конечно. – убежденно сказал Роб – Сразу ставят крутую нейросеть, импланты, закачивают базы. Проходишь обучение. Зарплата у абордажников неплохая, опять же. А если интеллект позволит вытянуть на пилота – вообще замечательно. Десять лет контракта пройдет – оглянуться не успеешь. И вот ты уже на пенсии. Делай, что хочешь. Да и вообще эта работа для настоящих мужчин!

– Осталась самая малость. – ядовито вставил Слим – Выжить в течении этих десяти лет. – видимо, это было продолжение какого-то давнего спора, потому как Роб немедленно начал раздуваться от возмущения. Дабы его прервать, спросил у длинного:

– А ты Слим, тоже видишь дальнейшую жизнь во флоте?

– Как же. – фыркнул Боб – Слим видит себя медиком. Причем медиком гражданским. Всем известно, что доктор – профессия для девчонок.

– Ну, первый человек, которого я увидел после разморозки, был медик. – пробормотал я – И он был мужчина.