— Другая? — удивилась Высшая Целительница.

— Да, профессор Шанфах, вернувшись из длительного исследовательского путешествия, привёз просто потрясающе полные материалы по магическим способностям более сотни видов монстров и химер. Причём, некоторые генетические образцы, которыми он поделился с нашим университетом, очень редки, их у нас раньше не было. Не скажу, что их невозможно достать другими способами, но, скажем, геном пурпурного феникса можно приобрести только на аукционе, и нашего бюджета на него никогда не хватало. Но самое главное — именно исследование, оно воистину уникально!

— Спасибо, — сказал Улириш. — Если я начну отрицать свои заслуги, то жена мне не простит и придётся неделю спать на полу.

Рыжеволосая красавица улыбнулась и кивнула, показывая, что Улириш недалёк от истины.

— Вот только это исследование было бы невозможно без моей семьи, разделявшей со мной все тяготы путешествия, двух верных друзей, принимавших участие в сражениях с монстрами, и, главное, без Единителя Сердец, чья реликвия сделала всю работу.

— Улириш, — вздохнула профессор Шардуш, — вы же паладин и знаете, что такое реликвии. И насколько их работа зависит от человека, который их использует. Каждый уважающий себя учёный рано или поздно прибегает к услугам храма Фаолонде. Но для того, чтобы получить хороший результат, этот учёный должен испытывать сильную жажду знаний, иногда даже сравнимую с одержимостью. И, судя по подробным результатам, вы такую жажду проявили. Воистину, фундаментальный труд. Я удивлена, что вы дали разрешение публиковать только под псевдонимом. Мне кажется, ваша работа должна прославлять именно ваше имя.

— Боюсь, что у меня есть кое-какие обстоятельства, — пожал плечами старик. — Поверьте, славы я не ищу.

— Улириш, а что означает твой псевдоним? — спросила профессор Заридаш. — Почему именно «Шпац»?

— Это язык моей родины, — улыбнулся Улириш. — Слово, обозначающее «воробей».

— Почему воробей?

— Скажем так, в моей жизни очень много связано с этой птицей. Она принесла мне удачу в карточных играх, от неё зависит моя последующая жизнь, а ещё… Эта птица преподала мне очень важный урок унижения.

— Говоря проще, два воробья отделали его так, как не смог бы и крежл-змей! — усмехнулся парнишка, увидев удивлённые взгляды. — Размазали папе по затылку все сопли!

— Тана, лексикон! — хором сказали старик и рыжая красавица, переглянулись и рассмеялись.

— Хартан прав, — вздохнул Улириш. — Двое воробьёв меня действительно отделали, не помогла никакая магия. И если бы напоследок не удалось сунуть руку в пустое гнездо и ухватить горсть мусора, то генетический образец я бы не добыл. Больше всего я удивился, что нигде нет упоминаний об этом виде, я проверял специально.

— Ну, это как раз и закономерно, — улыбнулся ректор. — Коллеги профессора Шардуш предпочитают иметь дело с более внушительными монстрами, способными принести коммерческую выгоду. На такие рискованные путешествия во имя науки решаются очень немногие.

— Меня тоже сложно записать в учёные, — развёл руками Улириш Шанфах. — В первую очередь я преследую личные интересы. Ридана… профессор Заридаш прекрасно знает какие. И помощь профессора Шардуш мне была нужна именно в связи с этими потребностями. Я прочитал немало как профильной литературы, так и частных записей практикующих химерологов. Но для столь важного дела нет ничего лучше консультации со специалистом. К примеру, во время подготовки ритуала исцеления моей тёщи помощь Диршады, как знаниями, так и материалами, была неоценима.

— И я вам всем скажу, что это был очень впечатляющий ритуал, — улыбнулась Высшая Целительница. — Безупречно подготовленный и безупречно исполненный.

— И что вас интересует, Улириш? — спросила декан Шардуш. — Я в вашем полном распоряжении.

— Давайте я просто опишу вам стоящие передо мной задачи, шаги, которые я собираюсь предпринять, а также чего хочу добиться в итоге. Для меня это очень важно. Пожалуй, ничего важнее в моей жизни на текущем этапе нет.

— Конечно, Улириш, так будет лучше всего. Если хотите, мы можем пройти ко мне в кабинет, все положенные клятвы я вам дам.

Улириш и его красавица-жена посмотрели друг на друга и обменялись очень странными улыбками.

— Не стоит, Киара, — пояснил свою реакцию Улириш. — Ничего особо секретного в моей задумке нет, к тому же я полностью доверяю каждому из присутствующих. Речь идёт как раз о воробье…

Выслушав длинный и подробный рассказ Улириша, профессор Шардуш задумалась. Затем, задумчиво постукав себе пальцем по верхней губе, она медленно сказала:

— Та часть, что касается выращивания эмбрионов из имеющихся материалов, довольно проста. К счастью, речь идёт об особях, близких, как минимум внешне или по размеру к обычным воробьям. Это значит, что достаточно взять куриное, либо же даже воробьиное яйцо и внедрить внутрь геном с помощью довольно простых чар. В этом случае не нужны сложные системы и артефакты, искусственную матку заменит само яйцо, а дальше — достаточно обычного инкубатора и потока подходящей элир. Улириш, вы уже организовали чистое пространство или хотите воспользоваться университетским?

— Чистое пространство? — удивился Улириш. — Боюсь, я не слишком понимаю, о чём речь.

— Киара, я поясню, — сказала профессор Заридаш. — Улириш обладает воистину необъятными знаниями, в которых почему-то встречаются пробелы в самых базовых и элементарных вещах. Для выращивания химер, в отличие от обычных немагических зверей, требуется место, где загрязнение элир минимально. Именно поэтому все химерологи, которых ты встречал, либо проживают в глуши, либо держат там свои лаборатории.

— Я знаком с несколькими, — возразил старик, — и не сказал бы, что это такая глушь.