— У них сейчас, по сюжету, подземелье такое…

— Что?

— Ну, там говорить нельзя, иначе монстр выползет или еще чего…

— Чего? Ни черта не понимаю.

— Я тоже не особо, это их тема, они с вечера еще начали, я сегодня выспаться хотел. По большому счету, я и спал, а тут ты орешь…

Ответа адекватного, похоже, не дождусь.

— Сколько я пролежал без сознания?

— Пять дней. Ну и ночь, естественно. Хотя мы все в ту ночь, считай, не шибко дееспособны были, как видишь, и сейчас…

— Да не вижу я, блин!

— Ай, прости. Я ж спал, между прочим! Ты меня из такого сна интересного выдернул, сам сижу, зеваю. Тебе еще что-то невтерпеж узнать, или до утра подождет?

— Все остальные целы? Почему вы с пацанами здесь, если в сознании и по голосу… твоему — вполне бодрые?

— Хм…

— Что?

Молчание. Не нравится мне эта пауза в его резвой речи.

— Не целы, Нэл. У меня ноги пока отказываются слушаться, например… Не отказали, но… Что-то не то. У ребят, у Шелдона и Жоры, температура держится тридцать восемь, мед-робот и Единство рекомендовали курс лечения, вот, проходят. Нас не разделяли, ибо сказали — не вирусо передающееся что-то. У Сени — с глазом проблема.

— Тоже не видит?

— Видит… Только не совсем реальные вещи. Остатком Симуляция виднеется, и оттуда образы. Аппарат носит, подключенный здесь длинной трубкой, как у тебя, к потолку куда-то…

— Что за трубка?

И правда, в беспокойстве об остальных про неудобства во рту забыл. Она качает… Или вкачивает внутрь меня что-то?

— А чиж его знает. Какая-то трубка.

— Кто это все нам поставил? Единство?

— Единство и роботы его хирургические…

— Не знал, что такие тут есть.

— Никто не знал. Активировался протокол какой-то там, девять-пять или одиннадцать ЦО… Не помню. Я очнулся уже после…

Кент опять замолчал. И веселый тон его изменился.

— Рассказывай.

— Умерла девушка. Мускулистая такая. И ее мать.

Черт.

— Они…

— Умерли быстро, Нэл. Не мучились. Как потом сообщило Единство, примерно на стадии пробуждения — они просто не смогли вернуться к нам в реальность. Мозг рассинхронился и… Не мучились. В отличие от парня.

Трое… три смерти на моих плечах.

— Даг или один из Семьи большой?

— Один из семьи. Джулс по имени. Его оперировали, он в сознании находился, без наркоза.

— Остальные?

— Вроде более-менее. Ну, если не считать тошноту постоянную, головокружения и по мелочи. Кто-то легким испугом отделался, Даг вот в коме тоже пребывал до позавчера. А ты у нас рекордсмен. Честно, сказал бы, что за тебя переживали больше всего, но…

— Меня винят в смертях и во всем произошедшем?

— Частично. Понимают, в принципе, что ты ни при чем, но… Сам понимаешь.

— Семья захотела уйти?

— Нет. Здесь им спокойнее, даже с учетом потери родных. Церемония прощания вчера прошла. Зла не держат, о том, что пришли в Бахчисарай — не сожалеют. Но лицо твое видеть пока, думаю, все будут не рады. Ну, почти все. Парням вон там, вроде, в целом радостно даже, согласились уже к Ритуалу присоединиться и к вам с Кристиной, если оправятся… Если ты оправишься, в первую очередь.

— Кристина рассказала про план?

— Они вместе с Главой… После Церемонии. Планом бы я твою идею не назвал, но… Я за. Все лучше, чем тут прозябать.

— Кто еще?

— Могу лишь сказать за ребят, что здесь. Правда, это было пару дней назад… Может, мнение уже поменяли. Хотя, честно, уже начали думать, что ты тоже отбросишь ноги…

— Ну, спасибо…

— Нэл, правда. Давай поспим? Понимаю, тебе нелегко, и ты в откровенном охренивании, но утром придут к нам после оповещения, тогда подробнее и поговорим. На тебя уже реально косо отец и муж погибших смотрит… А я спать хочу, писец.

— Понял… Ложись давай, я тоже попробую.

Тело и так жестко ломило, все еле двигалось. Слабость, как после бутылки рома после недельного марафона в горах без воды и сна. Но я должен был знать…

— Простите. Правда…

Безадресно кинул свои извинения человеку, оставшемуся без половины семьи… И что самое постыдное, даже не могу, при всем желании, вспомнить его имя… В голове вертятся имена всех, но кто есть кто…

Выстрел боли.

Все, силы иссякли.

Тело размякло, упало к перине.

Звуки исчезли.

Даже электрический «бип».

Падение сквозь перину, во тьму, из которой я и не выбирался.

Кожу обволакивает холодным полужидким раствором.

Кажется, он впитывается сквозь поры, течет куда-то под тканями мышц.