— Ну, положим, не в десять, а где-то в три… Но тут у нас на редкость удачное совпадение: наш НИИ еще старше. А следовательно, в его недрах могут откопаться такие вот удивительные динозавры. Если знать, что именно копать. Ну там, выпросить под невинным предлогом список инвентаризации за прошлые года…

— Так что это за штука-то?

— Ферритовая антенна. Точнее, это пока что только рукоятка для антенны с конденсатором и шкалой. А сама антенна — вот тут.

Антон достал из-под стола старую кожаную сумку на ремешке и вытащил из нее темно-серую широкую трубку.

— Здесь я ее включать не буду, а то мало ли… Еще лаборант, чего доброго, прибежит, да и от местной аппаратуры могут быть помехи. Суть в том, что у нас есть инструмент для поиска. А искать будем уже в полях.

— В полях? — в недоумении переспросила Зоя. — Почему в полях?

— В смысле, в полевых условиях. Хотя в данном случае, скорее, в городских. Не важно.

— Ой, а почему оно больше не пищит? — Зоя кивнула на приемник. В самом деле, мерзкие звуки куда-то пропали.

— Видимо, наш абонент прервал связь. Может, уже передал все, что хотел. Увы, это не он будет подстраиваться под наше расписание, а мы — под его. Неудобно, конечно, а что поделать.

Зоя уставилась на Антона немного испуганно. До нее только сейчас начало доходить, что это все — не игра, что там действительно есть кто-то, посылающий в пространство неведомые сигналы, и они — два молодых авантюриста — собираются его всерьез искать. Но не отступать же теперь!

— Учти, это будет не так-то просто. Придется таскаться по улице черт знает сколько времени и не один раз. У тебя сейчас, наверно, и так времени мало?

Но Зоя решительно вскинула голову:

— Ничего, как-нибудь разберусь. Да и какой-нибудь день я смогу, пожалуй, пропустить.

— Даже так? Ты вообще хоть раз лекции прогуливала?

— Все когда-то бывает впервые, — Зоя легкомысленно пожала плечами. — А ты?

— Было дело. На первых курсах. Не профильные предметы, конечно, так, всякую ерунду. Педагогику там какую-то... Ладно, смотри, я тут выписал все временные промежутки, в которые мне удавалось его поймать. Некоторые, к счастью, повторяются, так что предлагаю начать с них.

Зоя просмотрела не слишком длинные, аккуратно заполненные столбцы.

— Единственный повторяющийся интервал — с шести до восьми утра, — заметила она. — Но вообще закономерности никакой. Два тридцать ночи?! Слушай, ты что, искал его даже по ночам?

— Да случайно вышло. Не спалось как-то, да еще Майя возилась. Я встал чаю попить, и заодно решил проверить эфир.

— Майя? Это кто?

— Так скворец. Надо же было как-то назвать. Ты сказала — самка... Как раз май был.

— Хорошее имя, — одобрила Зоя. — Но зачем кому-то посылать сообщения в два ночи?!

— Так это здесь два ночи. А у его корреспондента, может, как раз рабочий день. Мы же не знаем, с кем он общается.

От этих слов Зое стало совсем не по себе. Куда она лезет?

— Ладно. Тогда что? Завтра в шесть утра идем... охотиться на лис?

— Я смотрю, ты настроена решительно.

— Не люблю бросать начатое.

— Давай в шесть тридцать. Где ты живёшь?

Зоя назвала адрес, Антон сверился по карте.

— В принципе, пойдет. Это что у вас тут через дорогу? Пустырь какой-то?

— Вроде того. Там иногда собачники гуляют.

— Надеюсь, не настолько рано... Хорошо, договорились. Ты сейчас домой? Пойдём, мне тоже пора.

Уже в дверях Зоя вдруг вспомнила, что снятый при входе браслет до сих пор лежит в кармане, и торопливо обвила им запястье. На этот раз ей удалось справиться с замочком самостоятельно, но Антон заметил мелькнувшую блестящую полоску.

— Слушай... А все-таки откуда он у тебя?

— Я же сказала — подарили.

— Кто?

Зоя покраснела и от смущения ответила резче, чем хотела бы:

— Извини, но это мое личное дело.

Антон пожал плечами. Личное так личное. Чего кипятиться?

— А ты этому... личному делу про наше общее дело ничего, случайно, не рассказывала? — на всякий случай поинтересовался физик.

Зоин ответный взгляд почему-то вызывал мысли о королевских кобрах. Антон примиряюще поднял ладони.

— Ясно-понятно, извини. А про металл спроси у него все-таки, — добавил он вполголоса и поспешно ретировался к своей остановке, боясь, что Зоя рассердится окончательно.

Зоя, конечно, сердилась. Сердилась всю дорогу до самого дома, и еще немного — уже разуваясь в прихожей. Что за дурацкие намеки?! «Не рассказывала случайно»! Да она вообще ни слова не проронила на эту тему с того дня, как Антон ей сам же и позвонил у Вальтера на глазах. Знал бы он, чего ей это стоило, конспиролог несчастный! Никогда еще Зоя не встречала человека, с которым было бы так интересно разговаривать и которому так сильно хотелось рассказать обо всем на свете. Но если обещала не говорить никому — значит, никому. Совсем. Даже если это полнейшая глупость — а скрывать что-то от Вальтера из недоверия было именно что полнейшей глупостью. Познакомить их, что ли…