Миродар помог соорудить нам небольшой костер. А затем мы растелили вокруг огня несколько теплых покрывал, которые служили нам местами для сна.

— Навещу-ка я своего друга, — сбросив с себя верхнюю одежду и оставшись в одних брюках, Миродар нырнул в воду. — Не скучайте.

— Только будь осторожен! — крикнула ему в ответ Маша, неловко покраснев при этом.

— В последнее время мне все чаще кажется, — заметила я, — что вы двое, как-то уж слишком неровно дышите к друг другу.

Маша еще больше покрылась румянцем и, хохотнув, принялась расшнуровывать свое платье.

— Миродар необыкновенный, — призналась она. — Он будто знает меня всю жизнь.

— Но ведь знакомы вы не всю жизнь… И он дракон.

— Я не знаю, как тебе это объяснить. У нас что-то вроде родства душ, понимаешь?

Я кивнула, но не придала словам подруги большое значение. Я попыталась дотянуться до завязок на спине своего платья, но они были слишком далеко. Как же это неудобно! Я с досадой взглянула на Машу, которая уже стянула платье с себя благодаря завязкам, которые у нее почему-то находились спереди. Маша осталась только в нижней рубашке и, заметив мои неуклюжие попытки справиться с платьем, поспешила мне на помощь. Когда с завязками было покончено, подруга огорошила меня новостью:

— Мы целовались…

— Что? Когда?

— Совсем недавно, — Маша замялась, пытаясь подобрать слова. — Один поцелуй. Как же это объяснить, черт побери… Не смотри так, Лер! Я, правда, не понимаю, что со мной творится. Но я будто знаю Миродара всю жизнь.

Я все еще не могла прийти в себя после такой новости, как Маша огорошила меня следующей:

— Миродар отменит из-за меня свою свадьбу, которая должна была состояться через месяц.

— Но он знает тебя не так долго, чтобы…

— Но свою невесту он вовсе не знает, — пожала плечами Маша. — Ее нашел отец Миродара, это должно было быть что-то типа брака по расчету.

— Но, Маш, отец Миродара — князь. Миродар — княжич. Ты же это понимаешь?

— Я прекрасно это понимаю. Но Миродар уверен, что я не просто так оказалась в его мире. Он сказал, что я была послана именно для него. Да, звучит до жути банально, но я тоже чувствую это.

— Но когда вы успели так сблизиться? Я практически всегда была рядом.

— Если бы оно было так, подруга, — хмыкнула Маша. — Ты поглощена Яромиром. Вы вечно огрызаетесь и спорите. То он пытается тебя уколоть, то ты пытаешься его разгадать. И не говори, что это не так. Я же вижу. Он тебе нравится.

Настал момент покраснеть мне. Неужели это действительно так? Неужели настолько сильно заметно, что он мне нравится? Ну, вот только не это, пожалуйста! Даже себе признаться в этом я была не готова.

— Яромир презирает меня, — ответила я. — Сегодня он дал мне понять это еще раз.

— Что он сказал?

— Сказал, что как только он доведет нас до племени каритов, наши с ним дорожки разойдутся. Сказал, что я слабая и верхом на лошади держусь до жути неумело. Не забыл отметить, что все стремление найти брата — лишь фарс. Я даже себя защитить не смогу, но уверена, что спасу Диму, — выдохнула я. — Я действительно безумно глупая. Он прав.

— Он дурак, если так думает, — заявила Маша. — Но я уверена, что он сказал все это только для того, чтобы позлить тебя и вывести на эмоции.

— Но зачем ему это нужно?

— Я не знаю, но уверена, что есть какая-то причина.

— Какая может быть причина так ненавидеть меня?

— Ох, Лер, я уверена, что он не ненавидит тебя, — вздохнула подруга, приобняв меня за плечи. — Все, что Миродар мне рассказывал про Яромира, говорит лишь о том, что у него было довольно много тяжелых моментов в жизни. Может быть, именно поэтому он так ведет себя. Уверена, внутри он хороший человек.

— Тяжелые моменты? — почему-то именно это фраза зациклилась в моей голове.

— Яромиру было всего пять лет, когда умерла его мать. Совсем мальчишка. Его отец, был сыном человека, который предал своего князя и возглавил племя каритов.

— Да, я помню, как Миродар рассказывал про это.

— Однако Лионер смог доказать свою преданность князю и вскоре сам стал княжеским военным советником, заменив своего отца-предателя. Люди верили ему. Он был близким другом отцу Миродара — князю Огнедару. Лионер очень любил свою жену, а когда она умерла, всю свою жизнь посвятил сыну. Яромир все время мечтал быть похожим на отца. Научился идеально орудовать мечом, метко стрелять из лука, без страха бросаться в бой. Представляешь, он с шести лет ездит верхом на лошади, — усмехнулась подруга.

Я попыталась представить маленького Яромира, который взбирается на взрослое животное, но это просто не укладывалось в моей голове. Было очень сложно представить Яромира ребенком.

— Три года назад произошло ужасное, — продолжила подруга. — Состоялось огромная битва. Вождь каритов на глазах Яромира убил его отца. Представляешь? Отец хладнокровно убил собственного сына на глазах у своего же внука.

— Это ужасно, — даже думать об этом было больно.

— Яромир в тот момент спешил на помощь отцу, но не успел. Его сильно ранили ударом по голове. Миродар, сказал, что он тогда потерял много крови. Тот шрам на его лице... Он мог лишить его жизни. Никто не думал, что он выживет. Его спасло какое-то чудо.