Люк застыл у подножия лестницы, устремив на нее восхищенный взгляд.

— Хватит пожирать меня глазами, Люк! — Тесс счастливо улыбнулась, протягивая ему руку. — Скажи что-нибудь наконец.

— Ты это специально? — выдохнул Люк.

— Что именно?

— Хочешь ослепить меня? При виде тебя я теряю голову.

Тесс рассмеялась. Завтра все может измениться, но сейчас она видела, что желанна, что Люк не сводит с нее восхищенных глаз.

— Я рада, что ты оценил мой наряд. Вчера я долго не могла решить, какое платье выбрать, чтобы сегодня вечером ты не сводил с меня глаз. Рада, что мой выбор столь точен!

Люк задержал на ней взгляд, затем подал руку и повел в зал, где был накрыт стол. Пока они шли через холл, он безапелляционным тоном произнес:

— Сегодня от меня ни на шаг! Все время будешь со мной. Ясно?

Тесс засмеялась, сжав его руку:

— Да, мой господин!

Неизвестно, какими аргументами Люк убедил почтенную хозяйку дома, что будет разумнее, если сегодня вечером он займет место за столом рядом с ее внучкой, но во всяком случае Джейн Кушман не стала возражать, когда Люк сел на стул справа от Тесс.

Тесс не запомнила даже лица человека, сидевшего по левую руку, поскольку весь ужин разговаривала только с Люком. Они обсудили достопримечательности тех стран, в которых каждый из них когда-либо побывал, поговорили об экологии планеты, о живописи и театре. Тесс не могла припомнить более чудесного вечера в своей жизни.

Увлеченные разговором, они вместе с остальными гостями встали из-за стола и перешли в бальный зал. В этот момент заиграл оркестр, и по залу поплыла мелодия Джерома Керна. Люк притянул к себе Тесс, и они закружились в медленном танце. В этот вечер мужчин, желающих потанцевать с Элизабет Кушман, было немало, и Тесс принимала все приглашения, боясь своим отказом обидеть кого-нибудь из гостей. В такие минуты Люк стоял в стороне и хмуро наблюдал за ней, чувствуя себя обиженным тем, что его поставили на одну доску с обычными гостями. Его терпения хватало на пару минут — не больше. Потом он подходил и изобретал какой-нибудь предлог, чтобы увести у соперника Тесс. Около полуночи мужчины, видя настойчивость Люка, сдались и практически больше не пытались оспаривать его право танцевать с героиней этого праздника.

— Вот уж не подозревала, что адвокаты хорошо танцуют, — тихо произнесла Тесс, незаметно перебирая пальцами его волосы на затылке.

— Когда целыми днями заходишься в чечетке вокруг судей, то поневоле научишься. — Рука Люка нежно скользнула па ее обнаженной спине.

Тесс умиротворенно вздохнула. Казалось, что они уже не однажды танцевали вместе — такими синхронными, отточенными и легкими были их движения. Они не задумывались над очередным па, если рисунок мелодии изменялся, а продолжали плавно плыть на волнах музыки. Когда Тесс приглашали другие мужчины, она с улыбкой протягивала им руку, но танец безнадежно терял свое очарование. Двигаясь в такт мелодии и оставаясь при этом равнодушной к музыке и своему партнеру, она думала о Люке. Но когда Тесс выходила на сверкающий паркет с Люком и прижималась к его груди, в ней просыпалась чувственность и она теряла ощущение времени, сливаясь с ним и растворяясь в музыке.

Тесс, очарованная волшебными звуками и близостью Люка, забыла о завтрашнем дне. Ее, казалось, нисколько не заботило, что произойдет с ней через считанные часы. Сейчас она видела только одно: Люк, как и она сама, охвачен чувственным желанием. Они покачивались в медленном, завораживающем ритме, прижимаясь друг к другу телами и сплетя руки.

Во время очередного танца Люк вывел Тесс на внешнюю, открытую террасу, где, кроме них, не было ни души. Почувствовав нежное дуновение свежего ночного ветерка, Тесс, опьяненная чувствами и сладкими грезами, открыла глаза. Над их головами высоко в черном небе сверкали яркие звезды, а громкий и слаженный хор цикад, казалось, пытался заглушить томные звуки оркестра, плывшие из зала.

Люк поднес к губам руку Тесс. От нежного, дразнящего прикосновения его языка к ладони она затрепетала, ее дыхание стало глубоким. Глаза Люка потеряли свой блеск, подернувшись туманом вожделения.

— Люк? — прошептала Тесс каким-то низким, чужим голосом, полным едва сдерживаемой страсти.

Он вместо ответа склонил голову и медленно провел губами по ее обнаженному плечу.

— Я не выпущу тебя. Ты мне нужна, — тихо произнес Люк. Его губы скользнули по ее шее, затем оставили дорожку поцелуев на груди. Тесс с тихим стоном выгнулась в его руках. Ее кожа горела там, где ее обжигали губы и прерывистое дыхание Люка.

Он рывком притянул к себе трепетавшую от возбуждения Тесс, и в следующее мгновение его губы нашли ее, и долгий страстный поцелуй почти лишил ее сил. Пальцы Тесс скользили в его волосах, а руки Люка ласкали ее тело. Его прикосновения будили в ней жар, охватывающий мягкими, сладостными волнами ее тело и обволакивающий сознание.

Тесс не сразу поняла, что Люк осторожно поднял ее на руки. Открыв глаза, совсем близко она увидела его пылающие огнем глаза.

— Я знаю прекрасный способ, чтобы избавить тебя от ночных кошмаров, — прошептал он. — Поверь, мы уничтожим их раз и навсегда.

Положив голову ему на плечо, Тесс тихо воскликнула:

— Пожалуйста, сделай это!

После ее просьбы Люк уверенно направился обратно в танцевальный зал, но замер на месте, услышав тихий смех Тесс.

— Нет-нет. — Она нежно улыбнулась. — Ты сошел с ума! Не хватало только, чтобы нас увидели вместе! Представляю себе, какие пойдут разговоры! Я, конечно, не слишком дорожу своей репутацией, но твою не могу поставить под удар.

— Меня это ничуть не беспокоит.

— Подумай хотя бы о Джейн. Лучше поднимемся по лестнице с черного хода. Люк улыбнулся: