Матвей бросил на Ассо быстрый взгляд. Ее глаза расширились.

– Можно прямо в машине слушать музыку? – переспросила она, едва ли не прыгая на сиденье. – Правда?

– Правда.

Боже правый, если бы они были не в машине, она, возможно, набросилась бы на него с поцелуями.

– Я не знаю, что я предпочитаю, – высказалась она наконец. – Я просто мечтаю слушать музыку. И может быть, играть, а может, петь. Знаешь, у нас под водой с этим вообще плохо.

– Об этом я не подумал.

– Но о музыке там ходят легенды.

Матвей поразмыслил.

– Тогда, возможно, стоит начать с классики. Открой бардачок, пожалуйста.

– Что?

Он вытянул руку и сам достал из бардачка компакт-диски.

– Найди Моцарта, пожалуйста. Ты читать умеешь?

– Конечно, – оскорбилась Ассо. – А это что такое?

– Это диски, на которых записана музыка. А Моцарт – это композитор такой. Человек, который сочинял музыку. Гений. Коробочку открой, пожалуйста.

Забавляясь, он вставил в проигрыватель диск, который подала ему Ассо. Из динамиков полились звуки сонаты для фортепиано № 16.

– Громкость регулировать вот так, крутить.

Она слушала молча. Минуту, две.

– Это красиво, – сказала она потом. – Но это не очень весело.

Матвей хрюкнул, но быстро взял себя в руки.

– А это что? – Она указала на груду дисков, которые все еще лежали у нее на коленях.

– Это всякое разное. Не очень веселое. Может, радио?

Не глядя, он нажал на пару кнопок, и из колонок полилась разухабистая песня Верки Сердючки. Ассо наклонила голову, вслушиваясь в незатейливые строчки: «Хорошо! Все будет хорошо! Все будет хорошо, я это зна-аю!»

– Это и есть музыка? – протянула она немного разочарованно.

Тут уж Матвей не удержался и расхохотался.

– И это музыка, и Моцарт музыка, музыка бывает разная. Ладно, найди там такой черный диск, пожалуйста, попробуем еще. Коробочку открой…

Вынув Моцарта и бросив диск ей на колени, он вставил в проигрыватель один из любимых своих альбомов и нажал на кнопку на дисплее. ВключиласьBlack Magic WomanКарлоса Сантаны. В инструментальное вступление Ассо вслушивалась с интересом и, когда зазвучала гитара, даже подергала плечиками, но стоило начаться вокалу, как она замерла.

– Колдунья? – переспросила она еле слышно.

– Что?

– Он говорит, колдунья, темные силы. Темная магия. Да?

– Да, а откуда ты знаешь английский?

– Я не знаю английский. Я и русский не знаю. Я вас понимаю. У меня такие… – Ассо потрясла в воздухе пальцами. – Я не знаю. Мы все такие, кромешники. Мы просто понимаем. Ведьма? Это песня про ведьму?

Матвей снова засмеялся.

– Это песня… на самом деле не про ведьму, это шутка такая. Он просто поет, мол, ты меня заколдовала, и я теперь без тебя не могу. На самом деле это песня про любовь.

– Ведьма, кромешниц все время считают ведьмами, их даже сжигали раньше, – не могла успокоиться Ассо. – Почему это тебе нравится?

– Мне в первую очередь нравится музыка. Тут такие гитарные риффы… и это песня не про магию, не про колдунью на самом деле, видишь, как он поет – если ты все автоматически понимаешь, то ты даже лучше меня знаешь, что он поет.

Ассо упрямо тряхнула головой. Кажется, она была не на шутку напугана. Матвей хмыкнул и нажал на кнопку, отсылавшую проигрыватель к следующей песне. Зазвучала композицияSmooth.

– Тоже очень красивая песня.

– Про что? – робко спросила она.

– Про что, ты лучше меня поймешь. Ну в целом про любовь.

Она вновь склонила голову к плечу и стала напряженно слушать. Матвей, усмехаясь про себя, тихонько наблюдал за ней. На словах «ты как океан под луной» Ассо слегка кивнула, и он улыбнулся: русалка, что с нее взять.

– Хочется танцевать, – сказала она полушепотом и покрутила указательным пальцем. – Раунд энд раунд.

Матвей кивнул.

– Это музыка, – вынесла она наконец вердикт и ткнула пальцем в проигрыватель, чтобы он смолк. – Это музыка. Это мне нравится. Это… волнует вот тут. – Она приложила руку к сердцу и покачала плечами. – Но… о чем эта песня?

Матвей удивился.

– Тебе же все равно, на каком языке поют. Ты понимаешь.

– Я понимаю, и я ничего не понимаю.

– Ну да, там есть такие моменты. Spanish Harlem Mona Lisa, это, как тебе объяснить… «Мона Лиза» – это такая картина известная, на ней изобра…

– Не надо отдельно. В целом про что эта песня?

Ассо смотрела на него с такой надеждой в глазах, что Матвей растерялся.

– В целом… ну, про любовь.

– Про что? – спросила она таким несчастным тоном, что он едва не потерял управление.