– Так тогда…

– Да, дошло, наконец? Ее отец взял на себя вину, ту, что сотворил сын, переиграл все факты в документах, будто это он отправлял и перенаправлял деньги Армады, потому что не мог смириться с казнью сына, и отдал жизнь за него, а теперь и Виктория отдала все. Да вот только плевать он хотел на семью. Она искренне верила, что его там держат в заложниках.

Деньги, алкоголь да проститутки – все, что нужно этому ублюдку. Когда мы поняли, что карты не украсть, мы решили штурмовать замок и тут уже, – Рамос улыбнулся, – потянули за другую ниточку.

– Как же так! – Альдим потерял концентрацию, шокированный новостями.

– Стреляй! – прокричал Рамос.

Пришедший в себя Альдим обернулся, но увидел лишь стрелу, летящую в него. Увернуться было уже невозможно, и стрела пронзила его грудную клетку, разрывая правое легкое и часть диафрагмы. Пока арбалетчик перезаряжал свое орудие, из последних сил Рамос развернулся и вонзил в Альдима небольшой нож, что скрытно достал из-за пояса. Дистанция была близкой, а потому Альдим перекинул меч и разрезал им шею пирата, после чего косым движением рассек ему грудь и, отталкивая ногой, отправил в свободный полет с высокой скалы.

Вновь боль озарила тело, и очередная стрела пробила его спину. Превозмогая мучения, он двинулся к арбалетчику, настигая того до перезарядки и втыкая меч в его тело. Двое пиратов, скрывавшихся за стрелком, выпрыгнули из-за тьмы и атаковали раненого воина. Альдим отбил удар, но раненая нога стала давать о себе знать, причиняя боль при движении. Пират, заметивший это, нанес удар в бедро, рассекая рану еще больше. Альдим провернул меч вокруг себя. Он пропустил удар, но таким образом получил доступ к голове краснокожего мародера, чем и воспользовался, отсекая ее. Оставшийся последний пират смотрел на изнуренного битвой, истекавшего кровью воина с несколькими стрелами, торчащими из тела.

«Как он, вообще, еще стоит», – думал на своем языке пират.

Альдим вновь ринулся на изумленного врага, сумевшего отбить первый удар. Но радость была кратковременной: после второго столь короткая жизнь оборвалась.

Альдим остался в одиночестве среди горы трупов, так желавших лишить его жизни. Стрелы, что торчали из груди и спины, стесняли движение и причиняли адскую боль. «Из груди доставать нельзя: легкое распадется, сейчас наконечник, словно клапан, закрывает отверстие. А вот ту, что в боку, нужно вытащить…хотя тогда хлынет кровь… нужно как- то отломить».

– Капитан! – юный Элдер, что совсем недавно сражался с пиратом один на один, а в последующем наблюдал невероятный бросок кинжала, выбежал из коридора. – Я помогу.

– Ты что здесь делаешь?

– Они забрали замок, капитан, но людей, успевших добраться до замка, мы эвакуировали. Я решил пробежать по крепости и подумал, что найду кого-то еще, но большинство выходов уже патрулируют солдаты Армады, – сказал Элдер, отламывая стрелы, торчащие из капитана.

Выдержав очередную порцию боли, Альдим осмотрел себя и оперся о стену, впервые за последние часы переводя дух. «Ну хотя бы так, движение не сковывает, терпимо».

– Капитан, рана в животе сильно кровоточит, я перевяжу.

– Не так сильно, как могла бы, здесь печень. Если бы попал…успел увернуться, – Альдим улыбнулся, – правда не полностью. Ладно, нестрашно, одной больше – одной меньше. Что мы имеем: две стрелы в груди, сломаны ребра, разрезан живот и мышцы бедра на правой ноге, – он откашлял кровь и сглотнул ее остатки, ощущая невероятную боль и все больше ощущаемую слабость во всем теле. – Все в порядке, Элдер, уходи, а у меня еще есть дело.

– Уже не уйти, – ответил юнец, заканчивая перевязку зияющей в животе раны. – Они там повсюду, – я пойду с вами, капитан.

– Элдер, сколько тебе? Восемнадцать? Двадцать? Сколько ты уже в академии?

– Семнадцать, капитан. Если честно, я поступил только месяц назад, но мой дядя учил меня с детства орудовать мечом.

Альдим сделал глубокий вдох и тяжело отошел от стены. Минутная передышка, и казалось, что на каждую его конечность повесили по камню. Ноги стали ватными, а руки невообразимо тяжелыми. – Мне нужно сжечь документы, которые хранятся у короля. – Капитан показал мечом на проход, ведущий в тронный зал правителя: – Там дальше только смерть. Элдер, это билет в один конец.

– Лишь сердцем озаряю тьму, да, капитан? Я читал в хрониках, что так говорили в вашем гарнизоне, когда вы один защищали башню Лароссо от разбойников. Тогда вас назвали сильнейшим мечником севера. – Элдер улыбнулся. – Отца я не знал, поэтому всегда равнялся на вас. Так вот, я никуда не уйду. Слышите!

Внизу лестницы, располагающейся в коридоре, отдаленно раздались шаги вновь прибывающего пиратского подкрепления.

– Идите, Капитан, а я прикрою, – голос Элдера слегка дрожал, но тот старался не подавать вида. Альдим это заметил, как и наполняющиеся слезами глаза. – Я прикрою, капитан. – Слеза потекла по щеке, размывая загрязнившую его пыль. – Если он там, убейте его. Убейте