– Спасибо, Дионис, прием крайне радушный, и я немного удивлен, учитывая славу о вашем заведении в Ландау.

– Не слушай их, – сказал со смешком Дионис, – завистники и лжецы хотят прибрать бар к рукам, но, скорее, они эти руки поломают, чем мы его отдадим, – загадочно улыбнулся бармен, протирая пустой стакан до блеска.

– Дионис, как бы так сказать, – ощущая волнение и елозя на стуле, начал говорить Инкритий. – Некоторое время назад мне сказали, что здесь я могу найти помощь, и… – не успел он закончить фразу, как Дионис его перебил:

– Да, Инкритий, все верно. Они говорили, что ты придешь.

Сердце ученого забилось в бешеном темпе звуком, словно подковы жеребца отбивают землю, когда животное входит в галоп.

– Ты меня знаешь?

– Инкритий, тебя знает каждая собака в этом городе и каждая вторая собака в этой стране. Может, эти пьяницы тебя и не узнали, но мой трезвый глаз засек тебя сразу. Ха-Ха, что ты так напугался? Прикрой глаза, а то сейчас выпадут. Не бойся, тайны этого места остаются здесь, и поверь мне, я умею их хранить. Вон, видишь дверь, – Дионис показал на проход позади лестницы, ведущей на второй этаж. – Это проход для персонала, и назовем их «вип- персоны». Там тебя ждут люди, к которым ты пришел.

– Почему они меня ждут?

– Ты же сам знаешь, у него везде глаза и уши, – сказал и осмотрелся кругом здоровяк. – То, что твоя жена больна, поверь, им известно не хуже тебя, а то, что ты уже 4 недели ходишь по барам и ищешь команду с кораблем, им уж и подавно донесли еще в первые дни.

– Бармен, ликер! – раздалось очень пьяным голосом из другого конца стойки. Дионис взял только что протертый стакан и подставил его под кран одной из расположенных тут бочек. Кран открылся, и горячительный напиток наполнил пустой бокал. Ловким движением здоровяк закрыл переключатель и толкнул стакан по стойке прямо в руку перебравшему посетителю.

– Держи, приятель! – также добродушно ответил бармен, после чего проследил взглядом, чтобы покупатель оплатил товар. – Так вот: то, что тебе никто корабль не даст, понятно и без донесений, – возвращая свое внимание на ученого сказал Дионис, – а значит, ты пойдешь к ним. Поэтому пару недель назад мне пришло письмо, что в наше злополучное заведенье зайдет гордость страны, картограф и мореплаватель, сам Инкритий Огедай! – с восклицанием сказал здоровяк. – И вот ты тут, так что я свое дело сделал, а откуда ты знаком с ними и откуда они знают тебя, меня, поверь, не интересует. Меньше знаю – крепче сплю.

– Я думал, ты один из них.

– Нет, – как отрезал Дионис и взглядом указал на дверь.

Инкритий поблагодарил бармена и последовал ровно туда, куда ему указали. Остановившись перед дверью, он еще раз все взвесил, а затем постучал трижды кулаком по дверям, которые оказались не заперты, открывая темный и длинный коридор его взору. Слабое освещение, исходящее из масляных ламп, не позволяло полностью оценить его интерьер, акцентируя внимание на трех дверях, расположенных по бокам коридора. Дальняя дверь по правой стороне открылась, и изнутри вышла эффектная дама с длинными ярко-черными волосами в коротком черном платье, слегка прикрывающем первую треть бедер.

– Оу, господин Огедай, а мы вас заждались, – приятный тембр голоса поразил уши Инкрития. Незнакомка подошла к нему, и он смог разглядеть такие же черные, как и ее волосы, глаза, с густыми, остро подстриженными бровями, смуглую кожу и исходящий от нее безумно приятный аромат корицы, шоколада и апельсина. – Меня зовут Ева, я должна вам кое-что передать, – она подошла к закрытому на замок ящику, стоящему у двери, достала из находящегося у нее на бедре кармана ключ и открыла замок. Вытащив изнутри

запечатанное письмо, она передала его Инкритию, затем так же быстро, как появилась, вышла из темного коридора через дверь, в которую он вошел.

Инкритий осмотрел письмо. На нем не было ни даты отправления, ни места, ни адресата, лишь печать без каких-либо символов. Он аккуратно открыл его и достал находящуюся внутри записку.

Для Инкрития Огедая

Доброго времени суток, господин Огедай! Рад, что вы все-таки решили обратиться к нам за помощью с целью поиска лекарства для Анны. Учитывая наше предыдущее взаимодействие, представляться я не стану, ибо вы знаете, кто я и чьими интересами руководствуюсь. Если вас поймают с этим письмом, а за вами уже следят, будьте уверены: предъявить ничего не смогут, так как здесь нет никаких опознавательных данных, но рекомендую после прочтения сжечь данное письмо в одной из находящихся рядом с вами ламп. К делу: если вы читаете это письмо, то, очевидно, корабль вы не нашли, а ваш верный друг Альдим Уоррел наверняка также не подал руку помощи в трудный момент. Принимая нюансы нашей прошлой встречи и факт вашего присутствия здесь, вы наверняка находитесь в глубочайшем отчаянии, но призываю вас собраться, ибо корабль с островов, на которых растет необходимое лекарственное средство, вернулся к нам еще две недели назад и ждет вашего появления прямо у берегов Ландау, под флагом Банкора, благодаря чему проблем не возникнет. По официальной версии, банкорийское судно по вашим координатам направилось в Буйное море и набрало 100 ящиков нужных растений (Да, именно столько мы для вас приготовили. Наши ботаники пересчитали это количество на количество пилюль из расхода 1 пилюля в день, а именно столько вам и нужно. Вышло на ближайшие 50 лет, и думаю, вам хватит. А вы ее, соответственно, купили (документы подготовлены, с ними также все в порядке). От вас же нам нужна лишь одна вещь. Не буду ходить вокруг да около и скажу прямо: нам необходимы чертежи подземных ходов Ландау, ведущие в тайную канцелярию, золотое хранилище, в оружейную и пороховую. Они хранятся в кабинете вашего доброго друга, отказавшего вам, Альдима Уоррела. Не крадите их, иначе план будет провален. Запомните их, ведь вы картограф, и память у вас безупречная, либо перерисуйте. Как только сведения будут у вас, отправляйтесь в малый порт Ландау. Ровно через три дня после вскрытия данного письма (не беспокойтесь, меня, конечно же, уведомят об этом) там вас будет ждать судно, передайте карты знакомому вам капитану, и на этом наше текущее взаимодействие будет закончено. Надеюсь, вы готовы. Напоминаю, у вас три дня.

Быстро скомкав письмо, Инкритий бросил его в лампу, после чего, убедившись в его полном уничтожении, удалился из бара.

Огромное Буйное море. Колоссальная территория, погруженная в ярость природы. Бесконечные, смертоносные штормы и волны, казалось, достигающие небес, царствуют в этих недоступных областях земного шара. Лучики солнца не бывают в этих краях, обрекая блуждающих здесь брошенных судьбой мореходов на вечную тьму. Край бури и хаоса – вот как описывают это место, и лишь так можно описать мысли в голове Инкрития. Размышления, словно буйное море, разрушали его изнутри: «Я предаю город, а за ним – государство, но выбора нет. Альдим обещал помочь. Может, он справится. Времени ждать нет: я обязан спасти Анну любой ценой. Но зачем им карты? Обокрасть город, разрушить? Я обрекаю людей на смерть или я обрекаю Анну!»