Михей побагровел, он понимал, что лингвист прав. Но он не мог совладать с собой. Его бесконечно раздражала победоносная учтивость лингвиста и его чувство собственного превосходства, которое, как казалось Михею, он пытался выдать за вежливость.

Чтобы не сказать чего-нибудь лишнего и не усугубить и без того напряжённую обстановку, капитан затолкал себе в рот пюре из «каштанов» и сердито жевал, размышляя над фразой Ивраоскаря о чувствах Анны, в которых она, действительно, ни разу ему не признавалась.

В темноте, на гладких камнях, аккуратно выложенных по кругу, сидели три человека. Над ними блёкло сияли звёзды, прорисовывая едва заметные очертания их лиц. Макар, Глеб и Вениамин Леонидович томились в ожидании и вели безмолвную беседу под звуки ненастоящего прибоя.

— От кого мы ждём помощи? — удивлялся Макар. — Они сами такие же заключённые, как и мы. Заперли себя в клетки и боятся выходить! Кого они могут спасти?

— Согласен, давай, как только они появятся, скажем, что прилетели просто потому, что соскучились, — съязвил Вениамин Леонидович. — И полетим назад, да?

— Нет, я к тому, что…

— Ну, вот и заткнись тогда! Появился призрачный шанс начать новую жизнь, а ты вместо того, чтобы выжать из него максимум, тратишь время на пустое нытьё!

— Слушай, ты! — крикнул Макар и вскочил.

Вениамин тоже встал, готовясь защищаться. Их схватку резко прервал Глеб.

— А ну сели! — рявкнул он, явно потеряв терпение. — Ведёте себя, как эти аборигены с Земли! Будто их разум вернулся в свои тела.

Макар и Вениамин мгновенно остыли, сели и вновь продолжили неподвижно всматриваться в имитацию морских волн, пока из темноты не появился первый силуэт.

— Горячо приветствую вас! — протянул он и сел на один из камней.

На нём была одна из разновидностей одежды на основе ГНВЧ — тёмный облегающий костюм, похожий на мотоциклетный панцирь, и плащ из тонкого полупрозрачного материала.

Все трое поприветствовали его, и Глеб начал непростой разговор:

— Где остальные?

— Скоро будут, трудно в разных амферах синхронизировать время.

— Понимаю. Что ж, мы подождём.

В течение нескольких минут появлялись новые и новые участники встречи, причём когда свободные камни заканчивались, тут же появлялись несколько дополнительных. Круг ширился. Когда появился последний член делегации, направленной на переговоры, слово взял самый возрастной на вид мужчина, которого присутствующие называли магистр Имк:

— Теперь мы готовы выслушать вас внимательно! С какой целью вы столь неожиданно к нам явились?

— Вы же сами всё прекрасно знаете! К чему формальности?

— Хочется это услышать.

— Нам нужно сто миллионов «болванок». Больше ничего, остальное мы всё сделаем сами, — ответил Макар.

— А вам самим не кажется эта просьба слегка… — мужчина акцентированно сделал паузу, — нахальной? Мы их не производим. И почему мы, вообще, должны вам их предоставлять?

— Но ведь у вас наверняка сохранилась технология.

— Наверняка. Но я по-прежнему не понимаю, с какой стати мы должны ради вас её применить?

— Иначе технологию применим мы, и тогда… — не успел закончить свою угрозу Макар, его прервал Глеб:

— Мой товарищ хотел сказать, что у нас есть один рычаг. Может, кто-то помнит? Небольшой должок. А?

— Вы о профессоре Нес-снэрморе и его своре? — пробасил другой мужчина, высокий, в том же одеянии, но с маской на глазах, скрывающей лицо.

— Именно. О нём. И о них, — ответил Глеб с гримасой ожидания немедленной капитуляции оппонента.

— Если они доставляют вам слишком много хлопот, прикончите их. Они больше нас не интересуют, — ответил один из членов делегации.

— Вы не поняли. Сто миллионов пустых тел — не плата за их хранение. Это ваша гарантия, что они никогда вновь не ступят на вашу землю, — ответил Глеб.

Члены делегации сначала переглянулись, стараясь не поддаваться эмоциям, но, встретив невозмутимый взгляд магистра, успокоились. Он равнодушно ответил:

— Мы не нуждаемся в гарантиях такого рода. Если вы каким-то образом даруете им тела, то первыми же начнёте жалеть об этом. А для нас он больше не опасен, технологии убежали далеко вперёд. Даже если он сможет приземлиться на нашей планете, то надолго здесь не задержится.

— Вы уверены, магистр? — выдавил из себя Макар, с трудом сохранявший самообладание.

— Абсолютно, — соврал магистр Имк, чувствуя тревогу остальных делегатов.

— Почему вы не хотите нам помочь? — сдержанно спросил Глеб.

— Потому что нас никто не просил о помощи.

Макар и Вениамин скрежетали от ненависти зубами. Глеб, кивая головой, отвёл взгляд в сторону, приняв этот болезненный укол, а затем продолжил:

— Нам встать на колени и умолять вас?

— Не нужно. Если даже и встанете, это будет лишь притворство ради достижения цели, не более. К тому же, если бы мы и хотели вам помочь, то не предоставлением ста миллионов тел.