Он взял зловещую на вид вилку с искривленными зубцами, наклонил голову и придирчиво осмотрел ее тело, выискивая подходящее место для начала. Улыбка его была нежной, но глаза оставались суровыми, когда он прикоснулся острые зубцами к дрожащему животу Лизы. Мышцы его предплечья напряглись, когда он приложил достаточное усилие, чтобы проткнуть плоть, заработав в ответ мучительный вопль.

– Но он готов заплатить мне пять миллионов за высококачественный снафф.

Перевод: Роман Коточигов

"ПРОБЛЕМЫ НА ПЕНСИИ"

Уильям никогда не был жестоким человеком до того, как белка забралась к нему на крышу.

Через две недели летних каникул, через четырнадцать долгих дней после того, как он в последний раз попрощался со своими учениками, Уильям сидел за кухонным столом в боксерах и белой футболке под изодранным синим халатом. Миска овсянки стояла нетронутой на столе рядом с разложенной перед ним непрочитанной газетой.

Уставившись на часы на стене, он наблюдал, как тикают минуты, и задавался вопросом, что ему делать с оставшейся частью своей жизни.

– Уильям, ты не мог бы, пожалуйста, подстричь сегодня газон?

Его жена, Кристи, прошла через кухню в столовую, оставляя за собой облако мягких цветочных духов. Элегантно одетая в персиковый блейзер и юбку, с седыми волосами, идеально уложенными на затылке, она была готова к работе личного банкира, которую она занимала с тех пор, как все их дети пошли в школу.

– Хммм, - хмыкнул Уильям, взглянув на свою жену, затем снова перевел взгляд на часы.

– О, Уильям, правда. Ты собираешься вечно тут хандрить? Как ты собираешься справляться с выходом на пенсию, если ты даже не можешь найти, чем заняться на лето? Ты привык к тому, что лето бывает свободным, - Кристи выдвинула стул и слегка присела на краешек, взяв его за руку в свою и нахмурившись.
– Ты принимал те таблетки, которые дал тебе доктор?

– Я не в депрессии, - Уильям тоже нахмурился, но это казалось размытым по сравнению с суровым выражением лица его жены. Все в ее характере всегда было более сильным, более живым. У него не было иллюзий относительно того, кто ведет их хозяйство.
– Мне просто скучно.

– Ты знаешь, что тебе нужно, Уильям?
– любимым занятием Кристи всегда было рассказывать Уильяму, что ему нужно. – Тебе нужно хобби. Муж Рэйчел строит модели автомобилей, а Ральф, живущий через дорогу, занимается деревообработкой.

– Это хобби старика.

– Мы не становимся моложе, дорогой.

Она нежно похлопала его по руке, но он отдернул свою.

– Я не такой старый.

Плаксивый тон в его голосе заставил его почувствовать себя капризным ребенком.

– Правда, Уильям? Так что же это такое? Весь день сидеть в одних трусах и жалеть себя? Клянусь, меньшее, что ты можешь сделать - это выйти и избавиться от этой чертовой белки.

– Белки?

– Да. Белки, которая сидит на крыше и заставляет Дэвона лаять. Ты что, его не слышишь? Или ты тоже оглох?

Кристи встала и взяла свою сумочку, ее спина напряглась, а подбородок гневно вздернулся. Держа руку на дверной ручке, она слегка повернулась, ее глаза сузились, когда она заговорила:

– Тебе нужно что-то с собой сделать, Уильям. Я не собираюсь провести следующие тридцать лет, наблюдая, как ты сдаешься и гниешь в этом кресле.

Уильям наблюдал, как за ней захлопнулась дверь. Встав, чтобы принять душ, он остановился, услышав, как Дэвон начал лаять на заднем дворе.

Похоже, он чем-то расстроен, - подумал он, решив отказаться от душа и просто одеться, чтобы разобраться.

По пути к двери, Уильям обо что-то споткнулся, чуть не упав лицом вниз. Он услышал, как что-то разлетелось, и, к своему ужасу, понял, что опрокинул огромный швейный набор Кристи, рассыпав около сотни катушек ниток.

Даже когда ее здесь нет, она превращает мою жизнь в ад! Зачем одной женщине вообще нужно столько ниток? Собирая катушки, он слышал как Дэвон продолжил лаять, теперь громче и продолжительнее.

Дэвон приветственно завилял хвостом, а Уильям потрепал седеющую морду гончей собаки.

– Теперь только ты и я, старина. Две старые гончие, которым нечего делать.

Уильям сходил в гараж и взял миску для собачьего корма, наполнив ее из пакета на полке. Было время, когда он просто не брал миску и кормил Дэвона всякий раз, когда она пустела, но ветеринар сказал, что тот толстеет. Вес был вреден для его сердца.