– Сложно представить груз ответственности, лежащий на твоих плечах. Это управление даже не страной, а мирозданием и его законами. Мне кажется, от осознания такой ответственности можно сойти с ума.

– Можно, если не быть к ней готовым. Меня же с детства воспитывали как будущего Сатану. И когда-нибудь я им стану.

– У тебя есть девушка? – неожиданно спросила Ева.

– Нет у меня времени на девушек, – улыбнулся Люцифер. – Но если будет нужда, я смогу выбрать любую, никто мне не откажет.

– Так обычно говорят те, кто ни разу не любил. Ты вообще способен на это чувство? – подняла бровь Ева.

– Вполне. Я ведь люблю отца, Мефа, Саламандру…

– А кто такая Лилит? Ты говорил, я на нее очень похожа.

– Она демон. Возглавляет Отдел Вероломства в аду. И ей как нельзя лучше подходит эта работа. Не знаю, слышал ли я хоть раз от нее слово чистой искренней правды. В том, что она говорит и делает, всегда есть второе дно, иногда запрятанное так глубоко, что не вскроется никогда, если не знать о нем.

– Надеюсь, я похожа на нее не этим, – проворчала Ева.

– О, нет. Надеюсь, что не так. Я недостаточно хорошо знаю тебя, чтобы судить. Но Лилит – всегда была самым роскошным демоном из всех, кого я знал. Ее выбрал сам ангел Люцифер, и я вполне понимаю, почему.

– Хочешь сказать, я такая же красивая, как она? – Ева кокетливо прикрылась бокалом вина.

– Ты – ее лучшая версия. В Лилит есть что-то такое… опасное.

Ева слегка покраснела от его комплимента и сделала глоток вина, чтобы собраться с мыслями.

– Ты так тепло говоришь о ней…

– Да, нас многое связывает. Она очень хочет получить ребенка и сделать его своей марионеткой на пути к трону.

Глаза Евы сделались круглыми от удивления.

– Ты спишь с ней?

– Время от времени. Знаю, надо это прекращать, она становится все опаснее. Но держать её на коротком поводке безопаснее, чем совсем отказать ей. И я не всегда нахожу в себе силы сопротивляться ее чарам.

– Так, если она хочет ребенка, и ты спишь с ней… она же получит свое, рано или поздно! Женщины – а она, как ни крути, женщина, еще и самая коварная, по твоим словам – очень изворотливы в этом вопросе.

– О нет, это так не работает, – рассмеялся Люцифер. – Было бы слишком опасно иметь много потенциальных наследников. Только дьявол решает, наградит он кого-либо ребенком, сделав свое семя плодородным, либо нет. Благодаря этой нашей маленькой способности все манипуляции исключены. И случайности тоже.

Ева хмыкнула.

– Слава богу, у людей не так. И что же будет, когда у тебя родится ребенок?

– Он станет следующим наследником после меня. Дьяволы наследуют исключительно от отца к сыну. Трон он займет только после моей смерти.

– Я думала, ты бессмертен.

– Нет. Мне отпущены двадцать тысяч лет. Но, по человеческим меркам я практически бессмертен. Я проживу много тысяч лет, только если меня не убьют. Это хоть и трудно, но весьма возможно.

Ева, на которую начало действовать вино, расслабленно откинулась на спинку кресла, внимательно изучая Люцифера с головы до ног.

– То есть, ты принц. Богат. Умен. Красив. Бессмертен. Думаешь, тебе все можно?

– Да.

– И делаешь все, что хочешь?

– А почему я не должен делать, что хочу? – край губ Люцифера пополз вверх. – Почему я не могу наслаждаться жизнью и своим положением так, как мне вздумается? Мне приятно то, как ты меня охарактеризовала. И я действительно могу позволить себе все, что угодно. Для меня нет никаких запретов.

Ева картинно закатила глаза.

– Если тебя убьют, женская половина Ада утонет в слезах.

Люцифер усмехнулся.

– Это ты еще не видела Мефа, Дагона и Левиафана. Поверь, в Аду и без меня есть на кого посмотреть. Демоны просто по определению бессовестно хороши собой. Соблазнять души и умы людей – их хлеб насущный. А внешность вы всегда ставите превыше остального.

– Не все и не всегда, – вызывающе произнесла Ева.

– Я не обобщаю. Но, думаю, могу говорить за большинство. Демоны тоже не все одинаковы. Взять, например, моих лучших друзей – Саламандру и Мефистофеля. Порой мне кажется, что им стоило родиться ангелами, слишком уж они добры и открыты. Но, с другой стороны, это может быть мое влияние на них. Они знают, что их главная цель в этой жизни – уберечь меня от всего. Поэтому иногда они слишком опекают меня, но я мирюсь с этим, потому что знаю – они делают это из любви ко мне. А ты, как я помню, усомнилась в способности дьявола любить.

– Ты победил, – Ева протянула ему пустой бокал. – Я сдаюсь. Налей мне еще вина.

Люцифер вновь наполнил бокалы.

– За что выпьем? – спросила она.

– Это такая традиция? – дьявол на секунду задумался. – Мне бы хотелось выпить за свободу. Мне всегда ее не хватало.

Бокалы легонько звякнули друг о друга, и они пригубили вино.

– Когда я увидела тебя впервые, то подумала, что ты придурок, – усмехнулась Ева. – Очень уж стереотипно ты выглядишь.

Люцифер развел руками.