Закупившись подарками, он закинул пакеты в свой авентодор и втянул носом донесшийся до него аромат корицы и миндаля. Поискав глазами, он увидел небольшую тележку, от которой поднимался пряный легкий пар. Купив большой стакан какао и пакет с засахаренным миндалем, дьявол расположился на скамейке, с удовольствием поглощая сладости. На шее у него был намотан красно-зеленый шарф с кисточками и впечатление он производил довольно милое. Если бы его сейчас увидел отец, Люцифер бы сгорел от стыда.

– Профессор Утренняя Звезда? – раздался откуда-то из-за спины насмешливый голос.

Люцифер обернулся – за спиной стояла Ева, в черном пальто и высоких сапогах, вид она имела довольно агрессивный.

– Добрый вечер. Присядете? – благодушно спросил принц.

Ева подняла брови, но от предложения не отказалась.

– Неужто дьявол тоже покупает подарки? – саркастически спросила она у него. – На Рождество-то?

– Ну, традиция мне по вкусу. Почему бы и не поучаствовать.

– В аду нет Рождества?

– У Создателя нет сына, – миролюбиво ответил принц.

Ева хмыкнула.

– А что же вы тогда празднуете? Есть у вас свои праздники?

– Не так уж и много. Самым главным является День Тьмы – день основания ада. Это очень важный для нас день.

– Знаешь, Люцифер… – Ева вздохнула. – Твои лекции выбивают меня из колеи.

– Ты же не ходишь на них, – усмехнулся дьявол.

– Я смотрю онлайн, – сварливо ответила девушка. – И мне не нравится то, что ты рассказываешь. Я не хочу в это верить. Не верю. Это полный бред.

– Ну… – протянул принц, раздумывая. – Моя последняя лекция будет завтра. На ней я приведу доказательства своих слов. Но тебе могу продемонстрировать их лично. Приходи сегодня ко мне домой. И сомнения исчезнут.

Ева зябко поежилась, обняв себя руками.

– Не знаю, хочу ли я, чтобы они исчезали.

– На одну тайну Вселенной для тебя станет меньше, – улыбнулся Люцифер, протягивая ей пакетик с миндалем. Ева неуверенно взяла одну штучку и встала со скамейки.

– Я подумаю. Не жди меня слишком долго.

Она ушла, оставив Люцифера допивать какао и доедать миндаль. Прикончив сладости, дьявол отправился домой. Друзей он не застал – они отписались в общем чате, что уехали в Вегас на несколько дней. Люцифер в иное время возмутился бы тому, что они его бросили, но его маниакальная идея с преподаванием Истиной Истории перекрыла все его прочие увлечения, заставив сосредоточиться только на этом. Впрочем, все рано или поздно подходит к концу – скоро он вернется в Ад, в свои покои, к своей библиотеке и прежней жизни. До вечера он слонялся по пентхаусу, пытаясь чем-нибудь себя занять. Привел в порядок крылья, как следует почистив их и причесав, несколько раз переоделся и заказал еду из ресторана. Когда Люцифер уже окончательно уверился в том, что Ева не придет, двери лифта разъехались, и она вошла внутрь.

– И снова здравствуй, – улыбнулся Люцифер.

– Ого, – она озиралась, рассматривая его жилище. – Неплохо ты устроился.

– В средствах я не стеснен, спасибо Маммону.

– Ни в одном фильме или книге никогда не видела, чтобы дьявол нуждался в деньгах. Оказывается, это не стереотип.

– Счастье не в деньгах, но грустить лучше в лимузине, а не на велосипеде. Любимая присказка Маммона, – пояснил принц, принимая у нее пальто. – Располагайся.

Ева прошла в лаундж-зону и выбрала кресло, дистанцируясь от Люцифера на всякий случай.

– Что-нибудь выпьешь?

– Ну не сидеть же с пустыми руками, – улыбнулась девушка. – Давай что-нибудь на твой выбор.

– Как скажешь, – дьявол выбрал бутылку вина и откупорил ее ловким движением рук.

Разлив вино по бокалам, он сел прямо на кофейный столик напротив Евы, протянув ей бокал.

– Кажется, ты много пьешь, – заметила девушка, разглядывая бар за его спиной.

– Я не пьянею. Дьявольский метаболизм. Но мне нравится чувствовать вкус.

– Знаешь, что, Люцифер? – она хитро взглянула на него, пригубив бокал. – Я вдруг поняла, что ты очень много рассказывал нам о мироустройстве и почти ничего о себе.

– Не люблю говорить о себе, – пожал плечами принц.

– А я бы с удовольствием послушала. Сколько тебе вообще лет? Кто твоя мать? Каково это, быть дьяволом?

– Я родился примерно на заре эпохи, в то время, когда вы обнулили летоисчисление. Мне две тысячи лет, но, если брать человеческие мерки – сейчас я соответствую примерно тридцатилетнему мужчине. Мать свою я никогда не знал. Знаю, что она один из демонов ада, но после моего рождения отец удалил ее из дворца, так как ее психическое здоровье пошатнулось, и он боялся, что она навредит мне. Теоретически, я знаю, кто она и пару раз даже видел, но никогда не искал с ней контакта. А на третий вопрос я вряд ли смогу ответить. Слишком он сложен и глубок, – безэмоционально ответил ей принц.