Елена

Лучи солнца нежно касаются лица. В воздухе уже витает аромат ранних весенних цветов, и природа постепенно просыпается. А я отрываюсь от созерцания пейзажа и поворачиваюсь на голос Ларисы Анатольевны:

— Милая, в твоем положении тебе надо хорошо кушать, — воркует любимая свекровь и мама, как она велела себя называть.

— Мам, в меня уже не лезет, — капризно протянула Оксана, которую мне уже немножко было жалко, ведь пичкали ее чем-то постоянно, — Лена, умоляю спаси, чего тебе стоит, а? — торопливо затараторила девушка, поглаживая большой круглый животик, — Пять минут удовольствия и целых девять месяцев сытной беззаботной жизни…

— Оксана, — засмеялась мама, опуская на столик изящную миску, — Как бы мы не уговаривали, Леночка с Сережей сами решат…

В такие моменты я особенно любила эту женщину. Мне ни разу не сказали здесь, что я что-то должна, как это всегда было в моем родном доме. Я всегда могла обратиться к Ларисе Анатольевне по любому вопросу, хоть днем, хоть ночью. Она всегда была рядом, когда Сережа не мог вырваться с работы и сходить со мной к врачу, всегда была рядом, если я заболевала и помогала сыну меня лечить и еще столько всего… Я видела в ней маму, которой у меня никогда не было.

Кстати, моя биологическая мать вновь всех удивила. Она вновь вышла замуж, и ее избранник шокировал всю общественность. Нами горячо любимый Ванечка на добрых восемнадцать лет ее младше, но вдову это не смутило. Приглашение пришло и нам, но мы, недолго думая… Отправили его в мусорку. Мы не видели смысла участвовать в этом цирке.

— А ведь я ей сказала, что раз им так натерпится породниться, то она может попытать удачу с… — я удивленно замерла тогда, не донеся ложку до рта, — Но я говорила про его отца!

— Она пыталась, — хмыкнул осведомленный о всем и вся Сергей, — Но дядя Толя ее послал.

Я тогда лишь посмеялась. Тем более что ничего путного из их союза не вышло. Компания развалилась окончательно, растеряв всех своих спонсоров, а разновозрастная парочка уже полгода делят имущество по судам.

Как быстро идет время. Я прокрутила на пальце кольцо и обернулась в поисках мужа. Он стоял на веранде с отцом, они что-то активно обсуждали, но заметив мой взгляд, он улыбнулся шире и что-то сказав отцу, направился к нам.

— Лен, прохладно еще для маечек, — сказал он, стягивая с себя кофту и накинул на мои плечи.

— Вот и я это говорю, — подхватила его мама, — Поругай ее, сына.

Я тихо засмеялась и оказалась в крепких согревающих объятиях.

Вот так я хотела прожить долгую и счастливую жизнь, рядом со всеми этим… Стоп, а где Вика?

— Зацените! — прилетело со стороны, и мы все обернулись на веранду, на ступеньках которой стояла Вика.

Ее светлые волосы уже неделю были выкрашены в черный. Накрашенная темными цветами, в черной одежде и с огромным количеством цепей, она включила музыку, с трудом попав нереально длинными ногтями по кнопке и стала дрыгаться как робот. Танец робота в исполнении гота… Мама перекрестилась, отец заржал.

Сережа говорил, что Вика натура увлекающаяся, вся в мать… За ней нет-нет бегает по ночам один лейтенант и приводит непутевого гота домой. Кто знает, что из этого получится…

О чем это я? Ах да, так вот… Я была как никогда счастлива оказаться среди всех этих людей. Они стали мне самой настоящей семьей! А Сережа… Я просто не представляла своей жизни без него.