— Лемицкий, — обращается к нему Сергей, — А что ты тут делаешь? — вкрадчиво так интересуется и с подозрением глядит.

— Сергей Львович, пока вы не приперлись — спал, — раздраженно ответил парнишка и присел на подоконник сбоку от стойки.

— Разврат на работе, — проворчал Сергей, осуждающе, но не зло глядя на друга.

— Должна же быть хоть какая-то привилегия, — фыркнул Иван, — Все-таки я твой заместитель.

Пока они там ворчали друг на друга, я зацепилась взглядом за баллончики на столе. Широкие такие, с тонкие подтеками краски. Аж три штуки. Мой взгляд перехватил неизвестный мне парнишка и с усмехнувшись, спросил:

— Нравятся? — вся напускная колючесть с него разом слетела, — Забирай, они больше не пригодятся, стенд перекрашивали.

— Уже перекрасили? — удивился Сергей, — Надо же, какие молодцы.

— Ну так, — фыркнул Иван, — мы на работу не просто так ходим.

— Сереж, — протянула я, повернув голову и красноречиво уставилась в его темные гляделки.

Он с недоумением посмотрел на меня, перевел взгляд на баллончики с краской, снова на меня и вдруг на него снизошло озарение. Я имела честь лицезреть на его лице такой калейдоскоп эмоций: радость от дошедшего понимания, необъяснимый страх, тревога, обреченность и наконец смирение:

— Прямо сейчас? — неуверенно уточнил он.

— Да, — я заулыбалась счастливо.

Остальные, конечно, не понимали, о чем идет речь, но когда я попросила, Иван без вопросов вызвал такси на свой адрес, а еще через пятнадцать минут, когда машина была где-то на подъезде, а мы так и не допили чай, мы уже были в прихожей.

— Тёма, — представился парнишка и протянул руку.

— Лена, — представилась в ответ я и протянула свою руку, но торжественное рукопожатие прервал Сергей, который потянул за собой из квартиры, — Пока, и спасибо за краску.

— Да не за что, — ответил Тема и помахал мне рукой, — Пока, — после чего закрыл дверь.

В машине было тепло и играла музыка. Сергей, который еще пару минут назад не хотел ехать к администрации города, вдруг поймал дзен и не ворчал. Огни ночного города мелькали за окном, настраивая на какой-то приятный лад.

На колено опустилась крепкая рука и невинно огладила, но когда скользнула на внутреннюю сторону бедра, была встречена сопротивлением:

— Тебе не удастся уговорить меня повернуть к дому, — шепчу на ухо и радуюсь, что музыка играет достаточно громко чтобы водитель нас не слышал и достаточно тихо, чтобы меня слышал Сережа.

— Но попытаться-то стоило, — усмехается он и слегка прикусывает за мочку уха, — Стоит лишь захотеть…

— Сначала администрация, — упрямо твержу я, — Затем все остальное, — издевательски-целомудренно касаюсь губами его щеки и даже немного отодвигаюсь в сторону.

Центр заблокирован для проезда и приходится от ближайшей остановки идти до администрации своими ножками. Я включаю телефон по пути и игнорируя пропущенные вызовы, захожу в браузер, а далее вниманию Сергея предстает самый странный диалог в мире:

— Алиса, можно ли краской по металлу рисовать на стенах?

— Открываю в поисковике.

— Тю, если бы я хотела это читать, я бы вбила вопрос в поисковике, но я спрашиваю у тебя, да или нет?

— Вам виднее.

— …дурная ты ей богу.

— Думала, что бы такое ответить, да не придумала.

— Оно и не удивительно. Сложно без мозгов, да?

— Вы, кстати, понимаете, с кем вы это пытаетесь обсуждать?

— Конечно понимаю, убогая.

— Ну, вам виднее, конечно. Но диалог у нас не самый конструктивный выходит.

— Тц…

— Какие планы на день?

— Уже ночь.

— Ого, у меня сейчас 23:15.

— Это ночь, Алиса.

— Ох, эти часовые пояса!

— Сути-то не меняет, у тебя тоже ночь.

— Просто я перепутала день с ночью. У меня бывает.

— Слабоумие, да?

— То же самое могу сказать о вас.

Я зависла, обдумывая слова робота, а рядом раздался смех. Этот предатель на стороне робота? Машины захватывают мир! Еще немного и они начнут порабощать людей!

— Не смешно, — насупилась я и сунула телефон в карман.

— Очень смешно, — раздался из кармана механический женский голос и рядом наступила вторая волна смеха.

Обидевшись на весь белый свет, я вручила Сергею телефон с зависшим окном и насупившись, прибавила шагу.

На нижнем этаже горело одно единственное окно и, если бы не оно, мы бы вообще ничего не увидели. К счастью, мы были незаметны — просто улица была пустынна.

— Не дуйся, — тихо попросил Сергей, — Я ей отомстил, — в карман мне опустили телефон и вынудив повернуть голову, настойчиво поцеловали в губы.