И из этого танца тумана и окружающих теней соткалась стройная девичья фигура. Мгновенье, когда свет почти потух, Марика материализовалась из своей клубящейся мглы. Она словно парила, окутанная бархатной тьмой и невидимым ветром, который почти затушил слабое пламя свечи. По плечам ее словно накинутый палантин стекал клубящийся туман, глаза ее светились как два кроваво-красных фонаря, а на подбородке и пухлых губах виднелись остатки кровавой трапезы. Такая сказочная и вечная, прекрасная и кошмарная, окутанная таким плотным, холодным, горьким и тоскливым отсутствием света, что у меня сердце чуть не замерзло.

Волосы ее струились шелковистой смолой, спускаясь черными водопадами, приливом в безлунную ночь. Бледная кожа сияла, точно звезды в ночном, безоблачном небе. Она была столь же ненасытна сколь и прекрасна. Но это была темная красота, ее красота была сплетением паучьих песен и сладких грез голодных волчьих стай.

Глаза Клето расширились как два блюдца, увидев ее он побледнел, он схватил меч и в одно текучее движенье встал в стойку и обнажил свой клинок, шелестя сталью и грозя наконечником в горло вампиру, с которым минуту назад мечтал познакомиться поближе. Кинул на меня испуганный взгляд и нахмурился. Ведь я не испугался и не удивился, а все так же спокойно сидел на кровати и смотрел на Марику.

— Покушала? — Спросил я не обращая внимая на его испуганный взгляд.

Она посмотрела на него красными глазами полными темного и голодного притяжения:

— Немного, — протянула она, — но ты же знаешь, я не откажусь от добавки. — И хищно улыбнулась сверля Клето горящим, немигающим взором, словно голодный тигр кусок мяса, блеснув частоколом острых словно кинжалы зубов на которых все еще оставалась кровь последней жертвы.

— Нет, Марика, это не тот случай. Клето мой друг и кушать его не стоит.

— Да-а? — спросила она вытерев уголок рта большим пальцем, — а зачем тогда ты его сюда привел?

— Поговорить без лишних ушей, ты мне лучше скажи, зачем ты одна пошла, и не видел ли тебя кто?

— Я же тебе сказала, что очень голодна, я думала ты долго там будешь. И нет, никто ничего не видел.

Клето испугался, разом протрезвев, убийца, за плечами которого лежали горы трупов отчётливо источал страх. И Полночь не смогла пересилить соблазн. Он соткалась позади него, впитывая свою излюбленную эмоцию. Щуря свои неглаза.

–…Наставник, вы ж хотели по-ра-ботать, это ваш шанс…

Услышав позади себя голос и краем глаза увидев движение он крутанулся на месте разрубая мечом силуэт из теней.

–…О, я ранена, я умирая, спасите помогите. Как вы могли наставник, мы же через столько прошли вместе… — Она сложила руки на груди, изображая умирающего лебедя.

— Дарий, эт-то кто? — Выдавил мой бывший наставник, повернувшись ко мне, все так же опасливо посматривая то на ожившие тени, то на измазанную кровью красотку.

— Это Марика, ты ж хотел вроде познакомиться. А с Полночью ты вроде был знаком, — Усмехнулся я, — опусти меч Клето, он все равно бесполезен. Честная сталь таким как они не страшна.

Марика вытерла ладошкой кровь с губ, многозначительно поправила свой корсаж и присела в легком приветственном книксене, снова улыбнувшись.

— Клето, кстати, дай закурить я знаю, у тебя есть. Мое курево осталось в Вэленсе когда меня инквизиция забрала. — Протянул я ему руку.

Тут сзади послышались шаги и легкий стук в дверь.

— Госпожа простите, хозяин сказал, что вы просили дополнительный комплект белья для своего слуги.

Полночь растворилась и Марика словно ожила, перестав напоминать вечно голодный призрак состоящий из бархатной тьмы и тумана. Она повернулась к окну, делая вид, что смотрит в окошко. Я лишь показал Клето на безязыком чтоб убрал меч и открыл дверь, впустив служанку. Клето стоял все еще туго соображая, смотря на меня, видно разрываясь между выбором сбежать, пока выпала такая возможность и сделать как я прошу. Стук снова повторился.

— Госпожа, вы не спите?

— Да, сейчас, — наконец сказал Клето убирая меч и открывая дверь, и отходя с прохода.

Служанка вошла, держа в руках скрученный в рулон матрас и постельное белье. Увидела в номере наемника с мечом и почувствовала напряженную атмосферу, и замерла в проходе.

— Все в порядке госпожа? — Спросила она.

— Да, все хорошо, оставь белье и можешь идти. — Ответила Марика не поворачиваясь.

— И принесите двойную порцию ужина сюда, пожалуйста. — Попросил я. — Что-нибудь мясное и кувшин хорошего вина, а не ту разбавленную кислятину, что вы подаете остальным.