Кори в бессильной ярости смотрел, как его отец бьется с ужасной птицей. Он заплакал, когда увидел, что ястреб ранил отца в руку, и закричал от страха, когда Джерек упал наземь. Мальчик со всех ног кинулся по тропинке к берегу, не оглядываясь и не замечая, что все еще держит в руках мешок с листьями шан. Скоро он услышал плеск воды и в просвете между деревьями увидел челнок. Но едва он сбежал вниз, как что-то тяжелое ударило его в спину и повалило на белый прибрежный песок. Он оглянулся через плечо и увидел, что к нему приближается нечто огромное и черное, закрывая собою солнце.

Человек в плаще стоял на краю поляны, отстраненно наблюдая за битвой. Он не сомневался в ее исходе, хотя и не мог не признать, что Джерек сражался отважно. О ребенке он совершенно забыл. Когда мужчина закричал и мальчик бросился бежать, он на мгновение испугался, что ребенок может ускользнуть. Но теперь он видел, что птица летит вслед за мальчиком, и довольно улыбнулся. Он подошел к окровавленному телу, убедился, что мужчина мертв, и снова улыбнулся при мысли о том, какая сильная птица служит ему.

На берегу он обнаружил мальчика, ничком лежащего на песке. Человек протянул руку, и птица мягко скользнула ему на плечо. Он опустился на колени рядом с телом мальчика, порылся в складках своего плаща, вынул черное перо и аккуратно просунул его в прореху на ткани рубашки, в том месте, где оно было хорошо видно и в то же время ветер не мог его сдуть. Он хотел встать, но, словно спохватившись, сунул руку в лежащий на песке мешок, достал маленький синий листик и положил его в рот. Затем незнакомец поднялся на ноги и, с ястребом на плече, спокойно зашагал обратно в лес.

— Похоже, весна в этом году будет поздней, — заметила Дрина, отбрасывая с лица прядь тронутых сединой волос и глядя, как дождь капает с крыши за окном кухни. — Уж и не помню, когда последний раз в это время шли такие сильные дожди.

— Один торговец сказал мне, что на юге все уже цветет, — ответил ее муж Бернел, накладывая себе вторую порцию горячей каши. — Южный Рог — это же так близко! Тем не менее у нас все еще зима.

Дрина снова поправила волосы.

— Праздник Арика был больше месяца назад, а ненастью нет конца. Похоже, так будет и в день рождения Джарида.

Джарид улыбнулся и покачал головой:

— Надеюсь, вы понимаете, что этот ваш разговор повторяется каждый год.

Родители обернулись к нему в притворном недоумении.

— Но это же правда. Что вы так на меня смотрите? Вы это говорите с тех пор, как я был совсем ребенком. В мой день рождения всегда идет дождь. Не думал, что за столько времени этого нельзя было понять.

Отец фыркнул с шутливым пренебрежением; мать повернулась к старшему сыну:

— Ройден, рассуди нас: кто прав — твой брат или мы?

Ройден встал из-за стола и положил пустую тарелку в таз с мыльной водой. Глядя на него, Джарид в очередной раз обратил внимание на удивительное сходство брата с отцом. Он сам был худ и жилист, как мать, с такими же прямыми темными волосами и серо-голубыми глазами, а Ройден и Бернел — приземистые мускулистые рыжеватые блондины, только у отца волосы уже успели поредеть и засеребриться проседью. У обоих были такие же широко поставленные карие глаза и широкая открытая улыбка. Именно так Ройден сейчас улыбался матери.

— Не хочу ввязываться, — сказал он.

— Мудро, — усмехнулся Бернел.

Ройден надел куртку и шапку и направился к двери.

— Я в кузницу, папа. Надо закончить тележные колеса для Адриана. А что потом?

Бернел задумался на мгновение:

— Наверное, инструменты Джоррина. Но я скоро приду, и мы все уточним.

Ройден кивнул и повернулся к Джариду:

— Даешь сегодня уроки или поработаешь со мной в мастерской?

— Даю уроки с утра, — отозвался Джарид, — но вернусь к полудню и займусь настоящей работой. — Он покосился на отца, который снова фыркнул.

Ройден рассмеялся и открыл дверь.

— Куда это ты собрался? — проворчала Дрина.

Ройден робко переглянулся с Джаридом и отцом и поцеловал мать в щеку.

— Извини, мам, — сказал он. — У меня дела.

Дверь закрылась, и Джарид встал из-за стола.

— Похоже, мне тоже пора. Не хочу заставлять детишек ждать. — Он положил тарелку в таз с водой и повернулся к Дрине. — Знаешь, я сказал Ройдену, что приду в кузницу, но, если тебе надо помочь в поле, я могу зайти после школы, если папа не против.