– Тебе-то чего волноваться, - возразил Коган предательски дрогнувшим голосом.

– Дурак, - она сбросила с ноги туфлю, и та, перелетев через комнату, упала к самым ногам собеседника.

– Хорошо, что в глаз не попала, - хмыкнул тот.
– Заинтересованы, как я понял, крутые люди. Если им помешаешь - можно попасть в сводку криминальных новостей. В разделе - убийства. Три совершено, три раскрыто: но ведь "жмурикам" от этого не легче...

– Умирают дураки.

– Всегда ли?

– Как сказать, - женщина перевернулась на живот, расплющив груди о диванную подушку.
– Можно спрятаться... где-нибудь в Швейцарии. Мне бы там понравилось.

– Для Щвейцарии нужны бабки, - Альберт снова стал крутиться перед зеркалом, поворачиваясь то в профиль, то в анфас, втягивая живот и сгибая руки в локтях, чтобы бицепсы выглядели более рельефно.

Бицепсы у него были что надо, а заросший шерстью живот был твердый, как гладильная доска.

– Тебе бы в рекламе сняться, - заметила женщина.

– Повредит имиджу, - усмехнулся Коган.

– У тебя могла бы быть неплохая практика в Женеве или Цюрихе. Там хватает русских.

– Могла бы, - сначала равнодушно согласился он, а потом опомнился.
– С чего это ты талдычишь про Швейцарию?

– Почему бы не открыть там дело, если деньги будут?

– Откуда они возьмутся? Разве что занять у кого нибудь, - он хмыкнул.

– Занять тебе не мешало бы мозгов!
– в голосе женщины прозвучала холодная презрительность.

Посредник сжал кулаки, потому что ему захотелось ударить эту стерву. Особенно потому, что она сказала правду. Нет, он не считал себя тупым, такое и в голову не приходило, но признавал, что его любовница значительно умнее.

– Если кого-то разыскивают, значит, он где-то поблизости. Это - первое, она загнула один пальчик с наманикюренным ноготком.
– Пропал он в Швейцарии, и если уж приехал сюда, вернулся, значит, ему что-то здесь надо. Это два. А что ему, кроме денег, может быть нужно?
– она снова загнула пальчик.
– Если кто-то платит, чтобы его найти - наверняка, тоже имеет материальный интерес. А если платит хорошо, то и интерес немаленький, - ей надоело загибать пальцы, и она принялась обмахиваться ладонью, словно веером.
– А теперь рассуди, кому больше всего достанется? Тому, кто окажется первым.

– Я сразу узнаю, сыщик сообщит, как только что-нибудь обнаружит.

– Перестань, - она раздраженно поморщилась.
– Этот сыщик ничего не обнаружит. Где ты такого откопал?

– У него были солидные рекомендации.

– Ой, перестань, - насмешливо повторила она.
– Знаю я твои рекомендации. Просто обзвонил несколько фирм, и выяснил, где самая дешевая, признайся, ведь так?

– Были рекомендации, были, - раздраженно возразил Коган.

– Пусть так, но он все равно никого не найдет.

– Почему?

– Я дала ему не тот адрес, понимаешь? Не тот адрес, который сразу бы вывел его на нужного человека...

– Ты с ума сошла? От его успеха зависит и мой гонорар!

– Неделю... Где-то больше недели назад решили доснять несколько эпизодов, в которых должен был участвовать тот стриптизер, который покалечился. Но на этот раз вместо него играл мальчишка, дружок нашего режиссера, его любимчик, уточнила она, словно облизала мороженое эскимо.
– Меня даже в известность не поставили, но, знаешь, всюду есть свои люди. продолжила совсем другим тоном. Мне оператор, который работал на этих эпизодах, рассказал. Этот оператор... лет пятнадцать в меня влюблен, - кокетливо подсчитала она.
– Старинный друг.

– Что-то я не пойму...

– Я подбирала всех актеров для "Шоу", а со мной даже толком не расплатились! И если теперь им нужен тот, прежний "Бронежилет", или человек, похожий на него...
– тут она замолчала, плотно сжав губы, как-будто ребенок сболтнул что-то лишнее.

– Ну и в чем же заключается твой секрет?
– издевательским тоном поинтересовался Коган.

– Ты помнишь, я рассказывала тебе, там, в Цюрихе, в госпитале...

– По моему, ты рассказывала чушь, - отрезал Альберт.

– Вовсе не чушь, - возмутилась женщина.
– Я потрогала его грудь на ощупь.

– А что, у стриптизера не может быть волосатой груди?
– резонно поинтересовался Коган.

– Перед тем, как разбиться о набережную, на груди у него не было единого волоска. Уж поверь мне.

– Ты что, лично проверяла?
– прозвучало несколько ревниво.

– А у мужика, который лежал под капельницей, с растительностью на груди было все в порядке, - сообщила женщина, демонстративно не обращая внимания на реакцию собеседника.