Вернон идёт красными пятнами, отводит взгляд и не знает, как выкрутится из ситуации, не оскорбив Эмили, но и не нарвавшись на скандал с собственной коброй. Чёрт, мне пора искать новую работу?

– Как воспитанный человек, любящий свою жену к тому же, вы не можете мне сказать, что эти фото красивы по-своему, - продолжает меж тем Эмили.
– Это не порнография, Лидия, не видно ничего лишнего, согласитесь? Лишь разновидность искусства. И те, кому такое искусство не по вкусу, могут его попросту проигнорировать, это наилучший выход. Кстати, Вернон, если вы поднимете моему мужу оклад, то он сможет позволить себе покупать мне те самые закрытые платья, а я с чистой совестью вернусь в Дабфорд и снова стану скромной домохозяйкой, - вколачивает последний гвоздь в крышку моего гроба Эм.

– Тимати прекрасный специалист, - соглашается мистер Лойд.
– Потерять такого для нашей фирмы - удар. Ты же не собираешься увольняться?
– обращается уже ко мне.
– Тебе стоило просто подойти ко мне и обсудить финансовый вопрос за закрытыми дверями, Смит.

– Я не привык выпрашивать что-либо, - улыбаюсь, через силу.

– Зайди в понедельник, обсудим твою зарплату, - и на этом они откланиваются, оставляя меня в полнейшем замешательстве.

– Прости, - вид у жены расстроенный, она явно раскаивается, что не сдержалась.

– Разберёмся, котёнок. Ты же знаешь, в первую очередь я всегда на твоей стороне, - произносить это тяжело, потому что потерять работу мне совсем не хочется. Но я и не лукавлю.

Мы едем домой, и она остаётся всё такой же грустной. Виноватой. Мальчишки уже спят и, отпустив Риту, мы идём сразу в спальню.

– Тим, - спрашивает Эмили, когда целую её, снимая элегантное чёрное платье.
– Кого ты предпочитаешь в постели? Развратную Ли, или Эм?

Вопрос застаёт врасплох. На какой ответ она рассчитывает? Потому что, как сильно не заводил бы её непристойный вид, мне нравится то, какой она была в сексе раньше: нежной, спокойной. Да, ведомой и предсказуемой, но это именно то, чего я хочу. Эм читает ответ в моих глазах и усмехается:

– А если так, Тим?

Жена опускается на колени, снимая с меня брюки, смотрит снизу вверх своими огромными глазами. На ней осталось только шёлковое чёрное бельё и чулки, моя малышка выглядит роскошно, это неоспоримый факт. А у меня мелькает мысль, стояла ли она вот так на коленях перед Эвереттом. Да нет, бред. Моя. Мы не долбанные ханжи, она и раньше делала мне минет, но сегодня всё воспринимается иначе: её взгляды иные, её язык и губы вытворяют такое, чего Эм не делала никогда раньше. И, твою мать, это лучший минет в моей жизни! Я всё ещё прихожу в себя, когда она, развратно облизывая губы, поднимается и целует меня. Я чувствую вкус своей спермы на губах. Раньше она такого себе не позволяла, знает, насколько я брезглив. Но сейчас просто не могу оттолкнуть её, хотя мне и неприятно. Впрочем, она сама отстраняется и сбегает в ванную, не говоря ни слова. Я иду в душ после жены, а когда возвращаюсь, Эм уже спит. Залезаю к ней под одеяло, обнимая со спины. Я не отдам тебя проходимцу вроде Эверетта, котёнок.

ЛИ

Umut Torun - Let me be your lover

В воскресенье после конфликта с Лойдами и без того не праздничное настроение упало окончательно. И подпускать Тима к себе не хотелось ужасно, поэтому, удовлетворив мужа по-быстрому, притворилась, что сплю. Это же пройдёт, я знаю. Потом, всё наладится потом. В понедельник вечером удивлённый Тим принёс новость о повышении зарплаты и со смехом предложил мне почаще хамить людям. Всегда пожалуйста. Но сейчас я еду в Арану, и настроение предсказуемо поднимается. Хейден встречает у вокзала, смотрит с хитрым прищуром, когда открывает для меня дверь машины, но руки держит при себе. Заглядевшись на эти самые руки, уверенно сжимающие руль, пропускаю момент, когда мы сворачивает не в ту сторону:

– Куда мы едем?

Уже довольно поздно, я рассчитывала не выспаться, конечно, но провести время в постели, это точно.

– Сюрприз, Ли

Минут двадцать спустя он находит местечко на забитой парковке рядом со старым обшарпанным зданием, и я недоумеваю, на кой чёрт мы сюда приехали.

– Не делай такое лицо, конфетка, это один из лучших клубов Араны, тебе понравится, - смеётся мой агент. Смотрю на него с удивлением, я без мейка и укладки, в повседневной одежде, и вдруг клуб? Всё встаёт на свои места, когда оказываемся внутри. Это определённо не то место, где тусуются потенциальные богатенькие покупатели. Эверетт уверенно, обхватив рукой мои плечи, прокладывает дорогу к бару сквозь беснующуюся толпу.

– Ну что, огонёк, зажжём?
– кричит мне на ухо и что-то заказывает бармену, я даже не могу разобрать его слов.

Пока наблюдаю, как молодой человек смешивает водку, шампанское, какие-то сиропы, а затем щедро плещет сверху абсент, глаза мои открываются всё шире, что очевидно смешит Хейдена.

– Это "билет в один конец", Ли.

– Я не буду!
– он же сам говорил, что съёмки рано утром. Но бармен уже поджигает термоядерную жидкость и протягивает мне соломинку, чтобы вдохнуть сладковатый дым. То же самое проделывает мой гадкий начальник, а затем командует:

– До дна!
– и он первым тестирует адское пойло. Выполнив его просьбу-приказ, понимаю, что никаких съёмок завтра не будет, с утра во всяком случае, потому что зашибает моментально. А Эверетт уже тащит меня вниз по ободранным бетонным лестницам на танцпол, где за железной решёткой зажигает диджей. Несмотря на всю трешовость этого местечка мне здесь неожиданно нравится: никто не разглядывает, насколько идеален твой макияж, и не оценивает стоимость сумочки, все просто отрываются. В какой-то момент понимаю, что мы с Хейденом уже не столько танцуем, сколько готовы заняться сексом прямо здесь, на виду у толпы. Его руки под моей майкой жгут словно раскалённым железом, а поцелуи откровенно имитируют половой акт. С трудом собираю пьяные, разбегающиеся тараканами мысли и прошу его проводить меня в туалет. Плеснув в лицо холодной водой, немного прихожу в себя, вспоминаю, что должен был позвонить Тим, и лезу в сумку за телефоном. Но мобильник подло выскальзывает из непослушных пальцев и разлетается на куски, ударившись об разбитый древний кафель. Твою! Выдыхаю, чтобы успокоиться, собираю останки и покидаю тайную комнату. Хейден стоит напротив двери, облокотившись о стену, и разговаривает с незнакомым парнем. Из созерцания меня вырывает возникший неожиданно передо мной тип с премерзкой ухмылкой: