– Я получила хорошее предложение по работе в Аране. Теперь приезжаю домой на два дня в неделю, - вот уж кому не стоит знать подробности, так это маме. Уже озвученной информации хватает, на полноценную головомойку.

– Ты должна вернуться, Эмили! Нельзя вот так бросать детей!
– тут же идёт в атаку она. А меня так и тянет напомнить, сколько месяцев и в общей сложности лет мы с Ханной провели у бабушки с дедушкой, пока она пыталась устроить свою личную жизнь.

– Я подписала контракт на полгода, - спокойная интонация даётся с трудом. При общении с матерью во мне просыпаются все мои подростковые комплексы и капризы, и мне стоит огромных усилий не дерзить ей.

– Очень в твоём духе Эмили, думать исключительно о себе!
– припечатывает мама и бросает трубку. Как всегда. Она неизменно старается вызвать у меня чувство вины, необоснованной и нелепой. Я же виновата перед ней только в одном - у меня не тот отец. Понадобились годы, чтобы прийти к этой простой мысли.

Желая успокоиться, отправляюсь в душ. Вспоминаю минувшую ночь и по телу разливается приятная истома. Которую смывает в мгновение ока от осознания: я похожа на свою мать больше, чем мне хотелось бы и чем я смела надеяться.

ТИМ

Voltaire - Almost human

Новая работа Эм не нравится мне всё больше с каждым днём. Точнее с каждой ночью: то клубы, то поля... Настраиваю себя, что это ненадолго. Зато нагуляется и успокоится.

Надо что ли мальчишек сегодня в парк вывезти, мяч попинать. Мы уже готовы к выходу из дома, когда на пороге появляется "горячо любимая" тёща. Мы видимся с ней от силы раз в полгода, обычно на дни рождения детей. И этого хватает за глаза - более неприятного человека в моем окружении, наверное, не сыщешь. Сначала она сюсюкает с внуками, причём с Бруклином точно так же, как и с Грегом, противно меняя голос и коверкая слова. Сына это бесит ужасно. Потом набрасывается на меня, проясняя причину своего неожиданного появления в нашем доме:

– Тимати, ты должен заставить её вернуться!
– в приказном тоне и никак иначе.

– Во-первых, Эм нравится эта работа. Во-вторых, у неё просто фантастическая зарплата. В-третьих, контракт подписан и расторгнуть его очень и очень дорого.

Любой нормальный человек согласился бы с моими аргументами. Любой кроме Сары Джордан.

– Ты не боишься, что она загуляет?!
– возмущается мать, которая по идее должна бы быть на стороне дочери, разве нет? Я знаю прекрасно о её прошлом, миссис Джордан судит по себе. Вместо того, чтобы высказать всё, что думаю о ней и её непрошеных советах, целый час выслушиваю ядовитые комментарии обо всём подряд. Порой быть воспитанным человеком крайне тяжело. Если энергетические вампиры существует, то это мать Эм, без сомнения - после её ухода чувствую себя выжатым как лимон. Позже сбрасываю жене фотку мальчишек, гоняющих мяч, заодно пишу об утреннем визите.

"Мне очень жаль, что тебе пришлось пережить это в одиночестве" и зажмурившийся смайлик. Какое-то время мы обсуждаем её мать, детей и планы на завтра, но затем Эм говорит, что ей пора бежать. Непривычно видеть жену такой занятой, раньше у неё всегда было на меня время. Что ж, всё к лучшему.

ЛИ

Nine inch nails - Closer

Я определённо напрасно боялась неловкости в отношениях с Эвереттом, это не тот человек. Он всё так же спокойно приносит в полдень наш "завтрак", далее, не спрашивая, располагается на кухне и ведёт себя с непринуждённостью, о которой мне только мечтать. При этом ни словом не упоминает минувшую ночь, разве что взгляды всё такие же раздевающие.

– Скажи честно, ты хочешь меня откормить, чтобы я стала толстой и непривлекательной?
– шучу, откусывая кусочек маффина с шоколадным кремом.

– Это, кстати, идея. Может, тогда перестанешь так цеплять, - смеётся он.

Смотрю на него из-за стаканчика с какао, не зная, как лучше выразить свою мысль, но он догадлив:

– Это всего лишь завтраки, Ли. Не люблю есть в одиночестве, а тебе посчастливилось жить рядом.

– Как скажешь, - с ним сложно не быть на одной волне, общение с Хейденом комфортно.

Сегодня он не ждёт меня в салоне, но появляется час спустя с очередным умопомрачительным платьем в руках. Мужчина-мечта, у которого всегда есть для тебя в запасе красивый наряд, каждой бы девушке по такому - улыбаюсь про себя. Это платье в пол, но с сумасшедшим разрезом сбоку, чуть ли не до талии. Снова красное.

– К окончанию контракта меня будет тошнить от красного, сто процентов, - я шучу лишь отчасти.

Эверетт нагло ухмыляется, открывая мне дверь авто:

– Нет, Ли. К концу контракта тебя будут тошнить от всего в принципе. Это не райская прогулка, как многие считают, - он проводит ладонью по моей спине, и жест слишком чувственный, несмотря на то, что ткань платья плотная как броня.

– Хейден!
– мы ведь договаривались ограничиться одной ночью.

– Прости, - он улыбается обезоруживающе, и я всё же сажусь в машину.

Мы молчим по пути в загородный клуб, где проходит презентация, но меня это не напрягает. Я слушаю музыку из его плейлиста, удивляясь, насколько он схож с моим. Иногда даже подпеваю, потому что это же классика, невозможно удержаться. Рок, металл, альтернатива и немного хауса - идеальное сочетание. Тим в машине обычно включает радио с попсой или вообще едет в тишине, тоскливо.