Шрифт:
— Армин, секретарь Акилы, сказал, что мне не о чем волноваться. Но я что-то волнуюсь…
— А, ну если каир Армин так сказал, тогда тебе действительно не о чем переживать! — легкомысленно отмахнулся Фабрис, и я, немного посомневавшись, всё же решила отложить волнение до ритуала.
Скорее бы он уже состоялся.
Наконец, этот день настал.
Самым что ни есть ранним утром, когда за окном еще стелилась дымка тумана и запоздалые звезды спешили сверкнуть в последний раз, меня подняли.
В комнате столпились все: «маменька», «папенька», Рита, вир Атон и секретарь Армин. Все серьезные, сосредоточенные. И мне стало страшно. Да что там страшно!
Меня начало трясти!
Особенно, когда «маменька» молча протянула мне черную шелковую рубаху, которую я дрожащими руками, не попадая с первого раза в рукава, натянула на свое тщедушное тельце. Подала черные туфельки. И дождавшись моего полного облачения, просто развернулась и ушла. Даже не оглянувшись.
А где поцелуй любимой дочке? Где напутствие и пожелание удачи?
— Каисса Зои, Вам следует умыться и выпить вот это, — Армин указал на стакан с какой-то очередной дурнопахнущей жидкостью. И я с грустью поняла, что на этот раз ничего в унитаз слить не получится.
Высокий стакан стоял на прикроватном столике, мерцал хищным багряным блеском, и я шумно сглотнула. А еще через десять минут, приведя себя в порядок, под внимательным взглядом присутствующих, выпила до дна. Но на вкус напиток оказался не так уж и плох, чем-то напомнил клюквенный морс, и я немного расслабилась.
— Пора!
И тут…
Армин сделал пас рукой, и пространство комнаты поплыло. Расплавилось, раскрасилось фиолетовыми всполохами и вместо уже привычной кровати, которая в тот момент находилась передо мной, я увидела совершенно другую картину.
Как бы не упасть? Я смотрела на другую реальность.
Моему обалдевшему взору предстала огромная зала с высоченным потолком-куполом, мраморными колоннами, обвитыми у основания сиреневыми цветами. Пустая. Очень светлая. И очень пугающая…
— Прошу! — Армин протянул мне руку, и я, трясясь от страха, не посмела ослушаться.
Взглянула на «папеньку». Но тот лишь ободряюще кивнул. Хмыкнул. И тоже сграбастал уже другую мою дрожащую ручонку в свою лапищу. Вмиг пересохшее горло перехватило от волнения, колени подкосились от дрожи, и это только начало…
Три… четыре… безумно долгих шага… И мы вошли.
Через тело словно прошел легкий разряд тока. И еще один. Посильнее.
Я дернулась. Но меня, словно Труса из «Кавказской пленницы», крепко держали с двух сторон.
Не сбежишь. Хотя, куда уже бежать… Пан или пропал…
Мы оказались во Дворце Великих Кайев.
Запах, так похожий на лаванду, заполонил здесь все. Казалось, он повсюду и проникает везде. Навязчивый аромат оседал на коже, волосах, юркой змейкой вполз в бьющееся от страха сознание. Всего лишь мгновение, показавшееся вечностью… Но неожиданно я почувствовала себя очень спокойно и уверенно. Словно всю ночь готовилась к экзамену, а наутро поняла, что знаю ответы на все билеты.
— Так вот ты какая стала… Зои…
Глава 9
Из легких разом выбило весь лавандовый воздух.
Глубокий гипнотический голос заставил дернуться уже сильнее, но… меня слишком крепко держали. Правда, тут же отпустили и склонились в почтительном поклоне.
Это ведь не то, что я думаю?
Затравленным зверем взглянула вверх и… застыла.
Прямо передо мной стоял ОН!
Не знаю каким шестым чувством я поняла — ко мне обратился регент Акила. Тот самый, кто в моих мыслях уже трижды меня линчевал, четвертовал и обезглавил.
Насилу перевела дух.
Таких мужчин в своей, Зои Васильевой, жизни я еще не встречала. Он не был похож ни на кого, кого я знала там, на Земле.
Неудивительно.
Длинные, белесые, почти пепельные волосы. Цепкий взгляд серо-голубых, слишком светлых, словно припорошенных снегом, глаз смотрел внимательно и как-то… по-доброму? Наверное, доброты во взгляде добавляли едва различимые морщинки в уголках глаз, но мужчину это никоим образом не портило. Наоборот, намекало на опыт и на… хитрость. Прямой, точеный нос. На удивление, черные, густые брови. Легкая небритость на лице придавала немного мальчишеский вид. Но вот жесткий, квадратный подбородок и четко очерченные скулы говорили о том, что характер у этого правителя, скорее всего такой, как надо. Регент был красив. Очень красив.