— Подожди, Варк, не торопись. У меня для тебя есть предложение… точнее два, на выбор, — лорд быстро приблизился и, положив руку на плечо, вынудил вновь опуститься в кресло. — Ты можешь стать моим секретарем.

Я вскинула голову и удивленно посмотрела на него:

— А зачем Вам секретарь?

— Ну, для начала, такая должность штатом предусмотрена. — Мужчина обошел меня и встал за спиной, положив руки мне на плечи. Словно опасаясь, что я могу так вот просто встать и уйти. — Гарнизон не так уж и мал, и дел, требующих моего присутствия и контроля много. Во время моего отсутствия секретарь принимает рапорты и прошения, потом подробно отчитывается обо всем произошедшем за время моего отсутствуя. Плюс ко всему нужно составлять отчеты для столицы, проверять и сортировать корреспонденцию, отвечать на письма, согласовывать встречи и напоминать о предстоящих визитах. Опять же придется сопровождать меня в случае официальных мероприятий, если что-то велю записать для памяти.

Он говорил не спеша, словно рассуждая, какие дела может доверить своему секретарю. Судя по количеству бумаг на столе, помощь ему действительно была нужна.

— Все это вроде как неплохо… — протянула я, чувствуя себя странно. Руки на плечах слегка сжались. Он что уговаривает меня остаться? Учитывая все перечисленное, секретарь ему действительно не помешает… — А второй вариант?

Разговаривать когда твой собеседник стоит у тебя за спиной было неудобно, и я попыталась обернуться. Мужчина наконец-то отпустил меня и уселся в кресло нога на ногу.

— Ты можешь отправиться с лордом Ингором в Академию и получить диплом целителя.

— У меня же нет денег, — поджав губы, возразила я.

— Так как у тебя нет денег, заключим контракт. Мы оплачиваем твое обучение, а ты, по окончании учебы должен будешь отработать двадцать лет целителем.

Я прикусила губу и присела обратно. Задумалась. С одной стороны заманчиво остаться, можно по-прежнему общаться со Снолом, брать уроки у Аспикуса, да и город мне нравится. Но с другой стороны будет ли у меня время для всего этого? Опять же, если буду работать секретарем, вряд ли эта работа будет настолько высоко оплачиваемой, что я смогу быстро накопить на свое обучение в Академии. Если уж работая целителем, придется отрабатывать двадцать лет, что тогда говорить о заработке секретаря? Снол конечно обещал поделиться деньгами за проданные эликсиры и настойки, но даже, если получится таким образом подрабатывать и откладывать, то раньше, чем за десять лет не управиться. И не факт, что через несколько лет я не потеряю эту работу так же, как сейчас лишилась надежд остаться при лаборатории.

— Я хочу поехать в Академию.

— Не торопись. Ты хорошо подумал? Семь лет учебы и двадцать лет в крепости. Или просто остаешься на должности секретаря. Освоишься, решишь, что тебе предпочтительнее, отложишь деньги, — голос мужчины звучал мягко, завораживающе. Он слегка наклонился вперед, словно хотел подслушать мои мысли. Где же я уже слышала подобные интонации?

Звук распахнувшихся дверей, развеял наваждение. Мужчина откинулся на спинку кресла, а я словно очнулась.

— Так о чем вы договорились? — в комнату вошел лорд Ингор в сопровождении своей тени.

— Я хочу поехать в Академию, — немного нервно ответила я, а сама лихорадочно прикидывала каковы шансы встретить там Мирсаля. Его присутствие в Академии я как-то не учла в своих рассуждениях. Хотя о чем это я? Во-первых, на мне иллюзия, а во-вторых, чего ради ему интересоваться мальчишкой-первокурсником с целительского?

— Правильное решение, — одобрил целитель. — Ты не пожалеешь. До нашего отъезда осталось две недели, и чтобы лорд комендант не терзал тебя отсутствием мест, предлагаю пожить пока в нашем городском доме. Вечером придет Орбис и поможет тебе перевезти вещи. Думаю, лорд командующий не будет возражать, если ты нас покинешь? — он сделал многозначительную паузу, смыла которой я не поняла, но комендант кивнул. Судя по всему мне, таким образом намекнули, чтобы я скорее выметалась, ибо у лордов свои секреты. — А теперь, иди навести своего учителя. И помоги Снолу, а то у него истерика. Боится, что пока он там один мучается, тебя тут обижают.

— Спасибо, — я улыбнулась вампиру со всей признательностью. Плевать, что он не видит моей улыбки. Невозможно увидеть доброту или пощупать внимание и заботу. Главное, что они есть.

Комендант встал и отправился к столу.

— Иди. Контракт подпишем ближе к отъезду, Варк. Не стоит торопиться с окончательным решением. У тебя еще есть время подумать, — немного резко бросил мне в спину мужчина.

Аспикус спал. Его соседа лорд Ингор еще вчера отправил в столицу, сумев восстановить его глаза, но парню предстояла еще длительная реабилитация. Я постояла рядом минут пять, вслушиваясь в ровное дыхание, разглядывая бледное лицо мужчины. За минувший месяц я успела изучить его лицо досконально, до мельчайшей черточки. У меня в вещах спрятана тетрадь, в которой я даже нарисовала его портрет. Там же на другой странице был портрет и моего принца. Наверное, если бы не мой странный роман с Мирсалем, именно — странный, так я его теперь расценивала, не боль и переживания, в связи с вынужденным разрывом и побегом, я бы захотела влюбиться в Дариэля.

Да чего уж там говорить, этот мужчина действительно мне очень нравился и был достоин уважения. Он помог мне бежать несмотря на риск для себя. Будучи рядом всегда был готов меня выслушать, защищал меня, учил, при этом оставляя свободу выбора. Я вспомнила его слова, когда мы обнимались стоя в подвале «Веселой Милли» и вздохнула. Он прав. Он замечательный, я дорожу им, но этого мало. И я не хочу ни в кого влюбляться. Ничего кроме горя, боли это не приносит.

До обеда я вымыла и отчистила в лаборатории все поверхности, до зеркального блеска. Немого подправленные бытовые заклинания, работали «на ура» и фразы заклинаний с подкрепляющими жестами, наработались до автоматизма. А потом снова отправилась к Дариэлю.

Золотые глаза при виде меня широко распахнулись.

— Дар, миленький! Живой… — слезы ручьем хлынули из глаз.

— Варк, перестань, конечно же живой! Что со мной станется? — пробормотал растеряно мужчина, а я, наплевав на приличия, бросилась ему на грудь.

Дариэль гладил меня по голове, шепча какие-то слова утешения, но слезы, ни как не желали прекращаться. Наконец я подняла зареванное лицо и посмотрела ему в глаза. Наверняка сейчас мой внешний вид напоминал поросенка — заплывшие глазки, распухший нос, но мне было все равно.