— Ашу Сирай?!

Громкий голос, едва сдерживающий негодование и испуг, вернул меня на землю.

— Ты ещё жив?! Да как ты только посмел явиться сюда?! Да ещё и верхом на священных… священных…

Юноша в чёрной мантии и серебряным полумесяцем на груди задохнулся от возмущения, обвиняюще указывая то на наймара Шута, то на моего. Рука у него заметно дрожала, но я не могла понять, от чего больше: страха или негодования от такой неимоверной наглости.

За его спиной люди поспешно покидали площадь, и мне почему-то казалось, что найдётся очень мало желающих посмотреть, чем закончатся разборки двух служителей смерти…

— Смелый, значит. Это хорошо.

Джастер невозмутимо спешился, давая понять, что бегства не будет. Мне оставалось только послушно покинуть седло следом за ним.

— Давно посвящение принял? — Шут шагнул к защитнику храма, и тот невольно отшатнулся.

— Г-год наза… Д-да как ты смеешь!..

— Придержи их тогда, пока я делами занимаюсь.

Он забрал у меня повод и бросил оба в руки молодому мастеру, поражённому таким поворотом.

— Надеюсь, они тебя не сожрут. Но если сожрут — сам виноват. Глядишь, Сурт тебя и пожалеет в Эльжахаиме, быстро новую жизнь получишь. Если ты хорошо ему служил, конечно. Идём.

Джастер невозмутимо отодвинул совершенно ошеломлённого защитника храма, испуганно вцепившегося в поводья и открывавшего рот беззвучно, как рыба, и пошёл к воротам. Я последовала за ним, думая, что представление только начинается.

Но всё-таки того, что он сделал, я никак не ожидала.

Шут вошёл в храм с ноги.

В буквальном смысле. Я, конечно, знала, что он очень сильный. Но что ему хватит сил, чтобы пинком открыть эти огромные двери…

С грохотом и громким треском створки раскрылись, открывая проход в несколько шагов.

— ВСЕ — ВОН, — холодно и грозно провозгласил Джастер, войдя в густой полумрак храма. — Кто останется — положу на алтарь. А души заберу себе. Без исключения.

Мгновения тишины — и я оторопела от количества мужчин и женщин, бегом покидающих храм. Они ломились в маленькую дверь, потому что никто не посмел приблизиться к Ашу Сираю и проскользнуть в широкий свободный проход за его спиной.

Джастер, не дожидаясь, когда бегство закончится, размеренно зашагал вперёд. Я шла за ним, поражаясь тому, насколько огромен и пуст храм внутри. Полоса дневного света из приоткрытых дверей давала возможность хоть немного разглядеть чёрный храм.

От самого входа к тёмному камню в конце зала вела галерея толстых и высоких колонн, которые, как и стены, терялись где-то высоко над головой в глубокой черноте, куда не проникал дневной свет. Рыжие отсветы редких факелов вдоль колоннады плясали по полированным поверхностям, усиливая ощущение живой тьмы, клубившейся вокруг.

Видимо, Сурт не любил роскошь, и его служители иначе подчёркивали величие своего бога, умудрившись только сочетанием чёрного камня и огня передать всю грозную силу и мощь того, кому они служили.

Шум и голоса за спиной стихли, и я услышала негромкий гул. Внезапная темнота и порыв ветра, ударивший в спину, дали понять, что все двери за нами закрылись.

Я вдруг представила, что на площади перед храмом собираются стражники и все мастера смерти, которых так бесцеремонно и нагло оскорбил Шут, и сердце у меня упало в пятки.

Ох, Джастер… надеюсь, ты знаешь, что делаешь. И нам удастся уйти из этого храма и города живыми…

Под высокими каменными сводами наши шаги отдавались гулко. Джастер спокойно шёл к алтарю, над которым возвышалась статуя огромного коня, нет, наймара из чёрного камня.

Точнее, наймар выступал из стены наполовину, упираясь в пол одним копытом и занеся второе над алтарем, грозя растоптать любого, кто окажется на сером, покрытом тёмными разводами, камне. Голова на мощной длинной шее гордо вскинута вверх, огненные рубины глаз грозно сверкают. Губы обнажают длинные острые клыки, ноздри раздуты, а в центре лба — огромный витой рог.

Казалось ещё мгновение — и однорогий наймар выйдет из стены мрака и покарает любого, кто осмелится перечить ему.

Тёмный бог, Сурт Тёмноокий, повелитель жизни и смерти людей, пугал меня по-настоящему и заставлял трепетать душу. Может, потому, что я не сомневалась в его существовании?

Зал был пуст, но мне казалось, что за нами кто-то наблюдает.

— Свежая кровь… — тихо прошелестело по залу, и в тот же миг порыв холодного и затхлого воздуха всколыхнул мой парн. — Живая…

Я взвизгнула, а Джастер резко обернулся. Улыбки на губах маски не было.

— Кости свои от неё убрал, или я из тебя погребальный костёр сделаю.

В тот же миг от меня что-то отстранилось, и к своему ужасу я увидела существо, больше всего напоминающее обтянутый кожей скелет, одетый в чёрную мантию.