Эдгар везде одет в традиционный для того времени костюм из черных брюк, белой рубашки и черного жакета. Его жена — красивая женщина с длинными светлыми волосами. На каждом изображении одета в модные на тот момент платья. Сын аккуратно причесан, милый и хрупкий, с кудрявыми светлыми волосами. Все они выглядят очень счастливыми и довольными жизнью... Что же произошло? Как эти приятные люди прожили свои жизни, почему Эдгар окончил свой путь на подводной станции?

Свет в спальне исходит с потолка, а также от тусклой лампы на тумбочке. К туалету ведет небольшой коридор, на стенах которого висят опять-таки фотографии семьи. Вот мать баюкает новорожденного... А тут уже семья позирует за столом...

В душевой комнате минимализм — туалет, и торчащий сверху душ, раковина, на полу дырка под смыв воды.

«Я верно понимаю, что из этой комнаты выжали все, что можно?» — голос Юлия раздался внезапно, застав нас врасплох. Эффект неожиданности, когда к тебе подходят сзади — всегда пугает.

«Эй, не надо так подкрадываться!» — заохал Санек.

«Извиняюсь, не подумал. Я переправил сгусток света с кухни через различные отражатели в Гостиную. Твоя картина-мозаика помогла, Олег. И вот принес...» — Юлик звякнул хрупким хрусталем четырех бокалов, — «Мелодию осталось подобрать. Там, кстати говоря, работающий граммофон, представляете?! Затерлась пластинка только.»

«Тут целая полка с музыкой, нотами, а в гостиной пианино, музыкальный автомат... Скомбинируем, подобрать попробуем?» — мое предложение народ оценил.

«Разбираешься в такой теме? У меня медведь на ухо наступил, Ирка вообще от музыки далека...» — Саша обратился к Юлию.

«Немного, но подзабыл уже за годы нотную грамоту, практики не было...»

«Я вполне справлюсь!» — да, музыкалка во мне отпечаталась надолго. Петь и играть любил... И что гитару в угол забросил-то? Вытеснила современность старомодные развлечения, эх.

«Замечательно! Граммофон услышишь, я его включенным оставил, может поможет.» — Юлик заглянул в душевую, — «Луч, смотрю, уже смогли в густой пучок сжать? Давайте помогу нужную траекторию в гостиную перевести.»

«Зашибись, дела распределили. Ирка на переводе заклинания, мы с тобой на луче пошаримся, Лега на музло.» — Саня сразу отправился изучать геометрию и различные зеркала в помещениях.

«Постойте, о каком заклинании речь?» — Юлий был крайне удивлен.

«Ира нашла папирус с каракулями, я перевел на инглиш, сопоставляя знаки с цифрами по шифр-ключу... Вот теперь всю эту белиберду она на русский решила попробовать перевести.» — я указал на бумагу с текстом.

«Оу, да это же мертвый язык Древнего Египта!» — Юлий заулыбался своей неотразимой неповторимой улыбкой, — «Я по телевизору видел передачу историческую, очень похожи иероглифы!»

«Тооочно!!! Египетский язык, составляющий отдельную ветвь афразийской языковой макросемьи... Вот почему показался знакомым! Молодец Юлий, дело пойдет быстрее.»

«Что ж, время тикает и бежит, пора за дело. Удачи, Олег!» — Юлий присоединился к Саше в лучевой задаче, а Ира уставилась в бумажку с заклинанием.

«Оки, я пошел...» — ребята даже не обернулись в мою сторону, не отвлекаясь от своих дел.

Мысль, что я опять сейчас останусь в одиночестве не внушала энтузиазма. Но в этот раз я знал, что ребята недалеко, в паре минут хода, это успокаивало расшатанные нервы.

Прихватив кипу нот вышел в коридор, представляющий собой будто бы искаженное пространство иллюзорной геометрии. Благодаря технике анаморфоз казалось, что проход спускается вниз и «движется» при ходьбе. У противоположной стены — дверь ведущая в лабораторию, с «Звуковым замком» на входе. Своеобразная трубка для принятия звука, как у старых телефонов, и ксилофон с выбитыми плашками, без молоточка.

Сопоставляя наполненную джазом спальню профессора с резко давящей тишиной и капающей водой, все больше начинал хотеть вернуться обратно к ребятам. Молниеносная отстраненность от соседней комнаты была поразительной. Словно невидимая звукоизоляционная стена отделяла одно от другого.

Как мы выясняли и утвердились в своих догадках — главной сюжетной задачей здесь является провести луч света из спальни в гостиную, а также открыть дверь в кабинет профессора. Для этого нужно будет взять бокалы из кухни, наполнить их водой и с помощью любимой мелодии профессора открыть мудреный замок.

Прямо у двери начинался резкий разворот на 180 градусов, коридор заворачивал и опять уходил «вниз». Хоть и понимал, что это лишь обман мозга — пол был ровный, никакой смены вертикали не происходило. Примерно такой же коридор, как и прежде, только в конце идет поворот налево к входу в гостиную. Ранее проход был заблокирован, а сейчас — разгребён и свободен силами Саши. Сложность задачи по очищению пути состояла в небольшом нюансе по освещению — тут оно не работает. Совсем. Полная и резкая тьма, к которой приходилось приспосабливаться глазам.