– Вообще, все просто, – отмахнулась Кира. – Авторитарный папашка командовал женой и дочерью, одна не сопротивлялась, покорилась. А Настя родилась с другим типом мышления, поэтому не просто сопротивлялась, но и усвоила уроки. Власть – ценный ресурс, который дает вседозволенность. А саму власть можно получить разными путями. Она пользовалась красивой внешностью и наивным поведением маленькой девочки. Хитрила, обманывала, интриговала. Собрала вокруг себя компанию, которая ей подчиняется и ее боготворит, ради нее будет лгать, издеваться, загонять, словно животное, любого, на кого та укажет. Я думаю, только Андрей не подчинялся вот так слепо, как остальные. Наверное, перечил, может, высмеивал за глупости. Настя в этом видела силу, бо`льшую, чем у себя, но я думаю – это его болезнь так действовала. Даже для нее Андрей был странным, она его не понимала, не могла предсказать его поведение. Инакомыслие часто притягивает.

– Настя была влюблена в Андрея? – Самбуров внимательно следил за измышлениями Киры, что-то чертил на листочке.

– Нет, это не любовь, – помотала головой Кира. – Хотя черт его знает. Психозы часто принимают формы, похожие на любовь. Зависимость, интерес, желание быть рядом. Думаю, она не могла принять, что кто-то не подчиняется ей. Не могла смириться с неудачей. А тут еще младшеклассница хвост подняла. Стала подрывать авторитет. Интересно, они Андрея делили? Анита. Раз в школе был скандал… милиция… Слушай, Самбуров, давай в Адлер прокатимся, в эту школу. – Кира выплыла из размышлений и, глядя на Григория, по-детски захлопала глазами. – Ну, поедем, а? Ну, точно что-то накопаем. Когда там твоя Коламут придет? Мы за один денечек смотаемся.

– Послезавтра придет. В командировке она, – буркнул подполковник. – Очень вежливо и корректно просили перенести визит.

– О! Как специально, чтобы мы в Адлер съездили, – обрадовалась Кира.

– Ладно-ладно. Поехали. Я же не против. – Григорий не мог не улыбнуться, глядя, как Кира радуется.

– Интересно, сейчас еще купаются в море? – едва получив свое, Кира сразу потеряла к начальнику интерес. Сладко потянулась и поставила чашку с чаем себе на живот.

– Мы не развлекаться едем! – зыркнул на нее строгим взглядом подполковник. – Поговорим – и обратно.

– Обязательно так и будет, – хмыкнула довольная Кира.

Что-то подсказывало Григорию, что прогуливаться вдоль моря они в любом случае отправятся. Он представил ее в купальнике. Черт! Все-таки она создавала в его кабинете совершенно нерабочую обстановку. Для него создавала. В ее присутствии он не мог сосредоточиться на делах, не мог расслабиться, вообще плохо соображал. Какая-то немыслимо будоражащая девица. Смеется над смертью и людскими пороками, грустит над неизбежностью случившегося и очень-очень странно одевается. Вроде все закрыто, но это чистый ходячий соблазн.

Сегодня кроме темно-синих легинсов ее тело обтягивало короткое светлое платье, кажется, это называется туника. Даже издалека ткань, обволакивающая девушку, казалась такой мягкой и приятной на ощупь, что хотелось погладить, естественно, на теле Киры. Асимметричная одежка давала волю таким фантазиям, что Григорий боялся покраснеть. Один край едва прикрывал бедро, второй свисал углом ниже колена, множество строчек и молний, которые хотелось расстегнуть, даже если они были обманками.

Григорий мотнул головой, стряхивая наваждение. Просто надо было уже признать – она ему безумно, неуправляемо нравилась. Она бесила его и умиротворяла, раздражала и вызывала восхищение. Ее хотелось покорить и одновременно воздвигнуть на пьедестал, петь оды. А еще он ее хотел. Желал так страстно, как не желал ни одну женщину на свете. Подчас ему мерещилось, как он запрокидывает ее голову, впивается ртом в ее губы, стискивает в объятиях, потом… От невозможности этих «потом» у него портилось настроение. Он говорил себе: они ведут расследование и неформальные отношения совершенно невозможны. Утешал и уговаривал себя, вот только не верил, что ему удастся уговорить и утешить себя.

Глава 18

Григорий и Кира препирались минут двадцать. Девушка хотела ехать на своей машине, Самбуров прочил в водители себя. Ей не удалось подкупить его даже обещанием «дать порулить». Подполковник был непреклонен – и Кира сдалась.

Он заехал за ней в пять утра, беспардонно разбудив звонком на телефон. Кира заподозрила, что гаджет живет отдельной от ее жизнью и в сговоре с подполковником. Регулярно включается самовольно, хотя она держит телефон на беззвучном режиме.

– Нормальные люди пишут сообщения, – без приветствий откликнулся ее сонный голос из динамика мобильника. – И ты рано. Договорились на пять, а пока четыре сорок.

– Ты проспала, – засмеялся Самбуров. – Вергасова, ты еще дрыхнешь! Если бы я приехал в пять, то ждал бы тебя еще час.

– Покупаю арахисовым печеньем и шикарным эфиопским кофе еще десять минут к тем, что у меня остались до назначенного времени.

– Печенье магазинное? – подозрительно уточнил подполковник.

– Обижаешь, домашнее, вкуснее ты не ел!

– Идет, – согласился Самбуров, на самом деле кофе его прельщал больше.

– Сто сорок третья квартира. Поднимайся.

– Знаю. Эта информация есть в твоем деле…

– На меня есть дело? – Этой фразой Кира встретила подполковника на пороге. – Почему на меня есть дело? Я консультант в узкой сфере.

– Ну, по факту ты работаешь в МВД, консультации, преподавание – без разницы. – Самбуров, казалось, не ожидал, что ее взбудоражит эта информация. Прикидывал, какие последствия это повлечет. – Но на тебя, вообще-то, личное дело завели раньше. Там еще твой послужной список из Москвы есть.