– Надеюсь... не по этому поводу, - Пробормотал он.

Степан Григорьевич даже не взглянул на него.

– Какой дурак! Какой Андрюшка дурак!
– тихо проговорил он.

Дверь за Милевским закрылась. Тереза Сергеевна шестым секретарским чувством поняла, что к Степану Григорьевичу никого пускать нельзя.

Степан думал. Дело может обернуться самым неприятным образом. Андрей перешел все разумные пределы. Идея его - нелепица. Каждому ясно, что к ней нельзя отнестись серьезно.

Но, оказывается, серьезно отнестись надо, потому что идея стала поводом для необдуманного создания Общества, по существу, проамериканской организации, которая собирается не где-нибудь, а в лесу! Чуть ли не конспирация! Как на это еще посмотрят... И если в райкоме уже знают, если на бюро хоть краешком заденут этот вопрос, то Гвоздев тотчас заявит, что это по просьбе Степана он принял в институт младшего Корнева. Всем станет очевидно, что Степан должен отвечать за действия Андрея. Притупление бдительности. Коммунист Степан Корнев пропустил создание самочинной организации!.. Равнение на капиталистическую Америку!.. Апологетика Запада!.. Антикомсомольский кружок!..

– Какой дурак! Какой дурак!
– все повторял Степан.

Он видел мысленно, как поднимаются один за другим члены бюро райкома. Степану бросают в лицо политические обвинения... И сам директор Веков, считающий себя воспитателем Степана, с присущей ему неистовой правоверностью, первый поставит вопрос о пребывании Степана в партии. Он ведь прощать не умеет.

А ведь Степан уже давно перерос его, первобытного директора первых пятилеток!.. Теперь все, все зачтется...

Степан стал расхаживать от окна к окну, поглядывая на заводской двор, где бегал паровозик-кукушка, гремели сцепки вагонов, тяжело пыхтел компрессор, визжала дисковая пила в прокатке.

Оказаться вне партии!.. Допустить, чтобы рухнули все планы из-за безумства упрямого мальчишки... Степан никогда не драл его в детстве... Зря!.. Упустил! Вот и отвечай теперь...

Впрочем, почему отвечать? Андрей достаточно взрослый. Но Степана спросят, как он мог проглядеть? Почему первый не действовал?

Значит, он должен действовать.

Вошла Тереза Сергеевна: - Я звонила к вам домой, Степан Григорьевич. Андрюша уже дома.

Степан поднял на нее сразу запавшие глаза. Что она? Колдунья? Читает мысли?

– Машину, - приказал Степан.

– Уже подана.

Нет, она все-таки хороший секретарь! Ничего не скажешь...

...
– Андрей! Пройди ко мне, - крикнул Степан из коридора в полуоткрытую дверь комнаты брата.

Андрей проводил Аню и Дениса до выхода и сказал, чтобы они подождали его на улице.

Сам прошел в кабинет Степана.

– Ну?..
– встретил его Степан, стоя посередине комнаты, чуть втянув голову в плечи, сжав кулаки.

Андрей даже отступил на шаг, ему показалось, что брат готов броситься на него.

– Тебе мало того, что я всю жизнь делал для тебя? Тебе надо встать на моей дороге?
– понизив голос и еле сдерживая себя, заговорил Степан.

– Милевский про кружок рассказывал?
– спокойно спросил Андрей.

– Идиот!
– заорал Степан.
– Чем ты рискуешь? Ничем! Ты еще ничего не приобрел, терять нечего! А я из-за тебя рискую всем... Именем... дорогой в будущее...

– Карьерой, - поправил Андрей.

Лицо его покрылось красными пятнами. Он стоял перед Степаном, тоже опустив голову, чем-то напоминая его.

– Карьерой? Это слово не из нашего социалистического обихода. Ты бредишь капитализмом. Готов преклоняться перед ним. И твое самомнение автора заумной идеи тоже из арсенала капиталистических отношений...

– Глупости!
– отрезал Андрей.
– Тебе ли говорить о социалистических отношениях. С ними не очень-то вяжутся твои поучения.

– Ах, ты таким языком заговорил! Ладно. Теперь я буду приказывать. Завтра же ты объявишь о ликвидации своего дурацкого кружка. Нет, постой! Это было бы глупо. Ты переименуешь его. Назовешь кружком научной фантастики. Будете там бредить Арктическим мостом и полетом на Марс.

– Не сделаю этого. Не вижу в Арктическом мосте ничего научно-фантастического. Это реальный проект.

– Молчи! Реальный проект!.. Ты понимаешь, как могут истолковать твою затею с кружком дружбы материков? В какое время живешь?

– Перестань кричать на меня!

– Я не только кричу на тебя, я учу тебя, я кормлю тебя...

– Так не будешь ни учить, ни кормить. Спасибо за все, - и Андрей резко повернулся к двери.

– Подожди, дурак! Скажи спасибо, что я тебя не побил. Ты же меня компрометируешь.