Он кивнул.

– Возможно.

– Ты ведь не хочешь, чтобы война между Аполлионом и Гекатой дошла до кульминационной точки, правда?

– Да. Это может кончиться катастрофой. А если ситуация останется такой, как сейчас, я ожидаю долгой и приятной жизни.

Он говорил совершенно откровенно.

– И ты не веришь в богов. Ну что ж, я тоже не верю. А я могу рассказать кое-что на эту тему. Однако твоя долгая и приятная жизнь может оказаться очень короткой и неприятной, если Алоллион и Геката все-таки встретятся. Он налил себе еще вина.

– Они не могут померяться силами так, как это делаем мы. Только в определенных обстоятельствах могут они бороться между собой и только строго определенным оружием.

Я умолк и сделал большой глоток. Фронтис в нетерпении придвинулся ко мне. Я уже подцепил его на крючок, но он еще оставался в воде. "Осторожно, - говорил я себе, он не глуп, этот жрец Аполлиона!"

– Если бы это оружие можно было уничтожить...
– сказал я и снова отпил вина.

– В этом и состоял мой план, - бесстрастно ответил он.
– Уничтожить тебя и Цирцею, чтобы Геката не смогла использовать вас.

Я рассмеялся и наклонил кубок, чтобы золотистое вино брызнуло на пол.

– Жизнь простых людей! Думаешь, Геката не сможет найти другого оружия? Человеческую жизнь легко заменить, но есть оружие, которого заменить нельзя. Боги - нечто большее, чем люди. Они наверняка владеют могучими силами. Однако они не могут ими воспользоваться, если лишаются своих инструментов.

– Они могут создать новые.

– Вряд ли. Маску сделал Гефест, которого убил Аполлион. Без нее этот мир был бы безопаснее для нас обоих.

– Да, - сказал он, глядя на пролитое вино.
– Да, это возможно.

– Вот только не для нас обоих - ты явно подумал именно так. О, да, мою жизнь легко можно укоротить, и эта мысль не дает тебе покоя. Но что бы ты от этого выиграл? А теперь внимание, Фронтис.
– Я наклонился, кладя руку ему на плечо.
– Мы люди, а не полубоги, и не боги. Но мы умные люди. Пусть так называемые боги сражаются между собой, если хотят, и не втягивают нас в свои ссоры. В моем мире есть огромные запасы знаний, которые были бы весьма полезны для тебя. Он задумчиво кивнул, все еще колеблясь.

– Ты не убьешь меня сейчас, - заявил я с уверенюстью, до которой мне было очень далеко, - а потом я тану слишком полезен для тебя, чтобы даже думать об этом.
– Мне нужно было произвести впечатление человека сговорчивого, каким был Язон. Он уже поверил, что я пьян.

Я терпеливо ждал, и наконец он спросил:

– Что такое Маска?

– Думаю, что в действительности это искусственный мозг. Я не знаю слов, которыми можно было бы объяснить это на твоем языке. В моем мире мы назвали бы ее чем-то вроде радиоизотопного коллоида, на который некогда наложили характеристическую матрицу первой Цирцеи.
– Я поднял с соседнего столика статуэтку, глиняную фигурку кентавра, покрытую глазурью и обожженную в печи, и показал Фронтису отпечаток большого пальца.

– След пальца ремесленника. Возможно, скульптор давно умер, но эта его частица живет по-прежнему. Понимаешь?

– Отпечаток пальца - согласен, - сказал он.
– Но мысли! Разве они реальны?

– Да, - ответил я.
– Мысли - это форма энергии, которую можно зарегистрировать, и мы это делаем в на шем мире. Разум первой Цирцеи живет в Маске, которая, как я уже сказал, является неким прибором. Каждая Цирцея, воздающая честь Гекате, является обычной женщиной. Богиня является к ним, лишь когда они надевают Маску.
– Я умолк, не сводя с Фронтиса глаз. Потом очень медленно добавил: - Руно - тоже прибор, и только. Если бы удалось уничтожить и его...

Взгляд его пронзал меня насквозь.

– Что ты знаешь о Золотом Руне? Я пожал плечами.

– Не так уж много... Но достаточно. Фронтис рассмеялся с легкой иронией.

– Мало или много, это не имеет сейчас значения. Думаешь, мы не пытались уничтожить Руно? Я смотрел и ждал, и он продолжил:

– Нам известно, что Руно представляет опасность для Аполлиона. Но каким образом? Это известно только богам. Многие верховные жрецы пытались уничтожить Золотое Руно. Это не удалось никому. Вот почему оно висит в неприступном месте, охраняемое от любопытных! То, чего нельзя уничтожить, можно, по крайней мере, хорошо охранять.

– Возможно, мне известно, как освободиться от него, - сказал я небрежно.
– Поговорим об этом в другой раз. Что касается Маски, то...

– О, Маска! Я читаю твои мысли, друг мой. Ты хочешь, чтобы тебя отправили за ней на Эю.

Я постарался изобразить смущение, что оказалось не так уж трудно.

– Никому другому нельзя доверить эту миссию, - сказал я. Он рассмеялся, а я резко встал.
– Ну, так добудь ее сам! Плыви на Эю, если осмелишься, и попроси у Гекаты Маску! Помни, Фронтис, я буду с тобой сотрудничать, но я не слепое орудие. Я подсказал тебе один способ получить Маску, теперь сам придумай другой или признайся, что не можешь этого сделать. И не заставляй меня ждать слишком долго!