— Собиан, у меня много вопросов и, боюсь, никто кроме вас мне не сможет объяснить все доступно и спокойно.

— О, дитя, я бы с радостью, но мне нужно отнести ящики к стене, иначе Дарма меня утром убьет. — Он тихо засмеялся.

— Я с радостью помогу вам, а вы тем временем все расскажете. Идет? — Мария искренне улыбнулась, и доктор согласился.

Каждый взял себе по ящику. Они оказались довольно увесистыми, но перед трудностями Мария никогда не отступала.

— Так что тебя интересует, маленькая леди? — Собиану на вид было лет пятьдесят, может чуточку больше. Практически седые волосы и абсолютно седые роскошные усы подчеркивали его статус. Глаза, обрамленные сеткой морщин, будто постоянно улыбались, смотря на всех с глубокой добротой и пониманием. Когда он с кем-то разговаривал, он отдавал собеседнику все свое драгоценное внимание.

— На самом деле, мне интересно все. Совпадают ли, к примеру, наши даты? — Мария про себя рассмеялась, какая глупость!

— Вообще-то календарь летоисчисления несколько раз переделывали и даже теряли в связи с утратой технологий, но историки утверждают, что сейчас апрель 3227 года.

— Что? — Мария от удивления остановилась, и ей показалось, что вот-вот опять закружится голова.

— Что такое? — Собиан с тревогой посмотрел на девушку.

— Я жила… живу в 2022. Я ведь не могла вот так просто взять и перенестись через тысячу лет… И что же получается, — это и есть будущее? — Мозг отказывался в это верить, и Марии снова пришла мысль по поводу розыгрыша, но бегающий мертвец и кучи тел…

— Хорошо. Если на секунду представить это возможным, как мне вернуться в свое время? Какой же бред я несу… — Мария грустно рассмеялась. Собиан покачал головой.

— Я могу представить, насколько ты растеряна в мире, в котором никогда не жила. Может я и слишком стар душой, но я верю в сверхъестественные вещи. Ведь они сверхъественны лишь до той степени, до которой мы глупы.

— Соглашусь с вами, доктор. Мы просто не понимаем причины. — Собиан согласно кивнул головой.

— В конце концов, пока никто так и не смог объяснить появления вдруг оживших мертвецов. И как существо на стадии разложения может двигаться — вот это большой вопрос. И его тоже можно отнести к сверхъестественным вещам. Мы пришли, кстати. — По указанию Собиана, молодые солдаты схватили ящики и унесли в сторону каменного здания, оказавшегося военным штабом.

— Сегодня довольно приятная погода, могу предложить небольшую прогулку по нашему Форту. — Мария с радостью согласилась. Ее немного смущала прогулка босиком, но под платьем этого не было видно. К тому же, земля за день нагрелась под весенним солнцем, и уже не казалось такой ледяной.

— Начну немного издалека, а ты в свою очередь можешь задавать мне вопросы. Попробую немного развеять пелену. — Мария кивнула, и они прогулочным шагом направились в сторону ряда деревянных домов, похожих друг на друга как близнецы.

— К сожалению, я не смогу тебе рассказать слишком многого, так как многие наши записи пропали, а большинство знаний утрачено. Перескажу лишь то, о чем говорил мой дед. Тогда слишком уж тяжелые были времена для людей и все, что они успевали делать — это выживать. Мы потеряли все свои знания о бывших цивилизациях, чему ты являешься доказательством.

— Что было причиной? Мертвецы?

— Нет, природа. В один момент сменилось все: течения, ветра, материки. Там, где была вода, появились земли, а старые государства ушли под воду вместе со своими технологиями. По итогу, остатки людей, которым удалось чудом спастись, обратились к природе, объединившись в группы, что дало им возможность выжить. Но вслед за концом света последовал голод.

Голод, наверное, самый большой двигатель войн. Долгое время люди воевали за последние зеленые клочки земли и воды, в которых сохранилась рыба, практически одичав. Но время шло, и жизнь брала свое. На новых пустых землях вырастали леса, плодились звери, и голод стал утихать. Начались войны за власть и женщин. Чтобы выжить, группам людей приходилось объединяться с другими с помощью запугивания или подкупа. По итогу образовалось несколько крупных коалиций, практически империй. Они распределили между собой благоприятные земли и создали трехсторонний договор, помогавший им жить в мире. Но мир продлился недолго. Через сотню лет после объявления мира, пришла нечисть. В одну ночь, по непонятной до сих пор причине, из-под земли поднялись тысячи мертвецов и атаковали незащищенные города. Людям пришлось отступать, закрывая границы искусственными стенами, но их все равно теснили волны мертвых. Так продолжалось долгие десятилетия, пока люди не научились выживать. В итоге границы империй сузились и превратились в города. Мы называем свой город Третьим, но нам не удавалось установить связь ни с кем из союзников вот уже пятьдесят лет. Что творится у них — известно лишь ветрам, и мы вполне можем оказаться единственным оставшимся городом в этих землях. — Мария слушала рассказ лекаря с замиранием сердца.

— Неужели все это действительно правда? Значит, мертвецов невозможно победить?

— Да нет, убить их довольно просто. Без головы они остаются действительно мертвыми. Но они берут числом. Мы убивали сотни, а на следующий день к стене подходили тысячи. Мы пробовали жечь огнем, отпугивать звуками, применяли разные другие ухищрения, но это не помогало. Постепенно мастерство воинов выросло, и мы смогли сместить свой город в лучшие земли. По другую сторону Третьего города есть скалы, где добывается руда для оружия, есть там и густые леса, которые мы постоянно восполняем посадками. Глубокое ущелье и те скалы, что по периметру, за границами города, защищают нас от мертвецов и единственным местом, где они могут прорваться к людям — это южная сторона империи — наш Форт. Однако хорошая охрана с другой стороны стала для нас смертельной ловушкой. Поэтому мы здесь. Мы — стена, оберегающая Город от мертвецов.

— А Дарма отвечает за город?

— Дарма — капитан Форта. — Собиан тепло улыбнулся, словно говорил о собственном сыне. — Он заслужил свое место трудом и бесстрашием. Форт — это его любимое дитя. — Мария почувствовала легкий укол ревности, чему тут же сильно удивилась. — За Третий город, в том числе и за нас, отвечает совет из одиннадцати членов первых семей, в том числе генерал, который пытался не раз взять в свои руки управление Фортом. Сейчас он решает вопросы в глубине страны, но время от времени приезжает к нам, чтобы навести свои порядки. Это очень жесткий человек, на мой взгляд.