И Рурша, когда у него появлялось свободное время по вечерам, смотрел видео уроки по рукоделию и мастерил Ашше новый гардероб.

Ему уже давно нравилось переделывать и совершенствовать свою одежду, а тут – прямо-таки великолепная возможность реализовать тягу к творчеству.

Спустя неделю Ашша влезла в новый наряд, который, хоть не идеально, но всё же подошёл ей.

– Круто! – одобрил Хас. – Ашша, конечно, всё равно страшная, а наряд ничего так.

И Рурша, окрылённый похвалой, с ещё большим старанием принялся за работу.

***

В январе в великаньем доме поселилась Вероника, исхудавшая, но с округлившимся животом. Её лукавый некогда взгляд стал уставшим, с лица слетело надменное выражение.

Хасу, наконец, удалось по душам поговорить с Вероникой. Он зашёл к ней в комнату – проведать, как она устроилась.

– Привет, Саша, – сказала она без обычной своей игривости.

– Привет, – грустно улыбнулся Хас. – Вообще-то меня на самом деле зовут Хас. Можешь звать меня настоящим именем.

– Ладно, Хас, – улыбнулась она в ответ. – Слушай, ты это… прости меня за то, что я с тобой плохо поступила. У нас с тобой всё равно ничего не получилось бы, но я не должна была себя так вести.

– Ну, что было, то было. Отец сказал, ты нашла свою любовь.

– Да, – кивнула она. – Я теперь вроде как принцесса. Аорин меня на руках носит, пылинки с меня сдувает, и это круче всяких там брендовых нарядов и дорогих девайсов.

– Знаешь, мне больно оттого, что ты полюбила не меня. Но я рад, что ты жива и счастлива.

– Мы можем остаться друзьями, – сказала она.

– Угу, – Хас печально наклонил голову. – Только ты вернёшься в великаний мир, и мы больше никогда не увидимся. Вряд ли меня пустят к тебе в гости. Белые великаны отрубили голову моей тётке и чуть не убили отца.

– Да, я видела, как его пытали. Даже странно, что после всего этого твои родители согласились мне помочь с рождением ребёнка.

– Это маму надо благодарить, – ответил Хас. – Отец бы и пальцем не пошевелил.

– Всё это время, пока ждала, что меня заберут, я молилась, чтобы твой отец выжил, – призналась Вероника. – В бога поверила, плакала, стояла на коленях перед окном… Страшнее всего для меня – умереть, так и не увидев моё дитя и не побыв счастливой.

– Теперь, надеюсь, ты успокоилась. Здесь тебе ничто не угрожает.

– А что это за страшилка ходит за тобой хвостиком? – поинтересовалась Вероника.

– Ашша, – скривил лицо Хас. – Отец купил мне её в великаньем мире. Теперь она как бы моя невеста, но мне она не нравится.

– Да ну, ты получше найдёшь, – посмеялась Вероника. – Зря я тебя обзывала. Ты отличный парень.

– А ты точно хочешь вернуться обратно после рождения ребёнка? – Хас воспринял комплимент как надежду.

– Точно. Я теперь не смотрю на других мужчин. Для меня существует только мой Аорин.

Вести безобидные беседы с Вероникой нравилось Хасу больше, чем муштровать Ашшу. Дикарка смотрела своему хозяину в рот, когда тот ел, ходила по пятам, но интеллект имела немногим выше, чем у дерева.

В итоге Хас отчаялся научить Ашшу уму-разуму и стал относиться к ней, как к предмету мебели. Как оказалось, напрасно.

***

Ашша испытывала к беременной человечке ненависть.

Хас совсем перестал уделять Ашше время, а ей нравилось, когда её водят за руку и показывают разные диковины. Хас был очень умный и интересный.

Как только в доме появилась Вероника, Хас всё свободное время стал уделять ей. Чужой женщине! Что за неправильный мир?

Уличив удобный момент, когда хозяева дома на работе, а Хас на тренировке, Ашша пробралась в комнату к беременной человечке и набросилась на неё.

Прежде чем руки дикарки сдавили горло, Вероника успела взвизгнуть.

В спальне серой тенью возник Рурша, мгновенно среагировал, оттащил Ашшу, и они вдвоём переместились к ней в комнату.

От близости разгорячённого женского тела в мозгу у великана переклинило, и он вдруг осознал, что готов поплатиться жизнью за возможность познать слияние тел.

Рурша повалил Ашшу на кровать. Одной рукой он зажал девчонке рот, а другой сорвал с неё штаны. Сам он дрожал от вожделения, торопился, не тратя времени на нежности. У серых великанов не приняты ласки.

Когда его член, преодолев преграду, вошёл в женское лоно, Рурша застонал от блаженства. Ему было хорошо. Больше, чем хорошо. Даже несмотря на то, что Ашша, лёжа под ним, скулила и всхлипывала.

Рурша не останавливался. С каждым толчком в Ашшу наслаждение нарастало, становилось ярче. Всего несколько ритмичных движений – и кульминация. Даже обидно. У некоторых получается растягивать блаженство на часы, а он, Рурша, даже понять ничего не успел.