– Обезвредить.

Он пришел в себя и удивился. Самое лучшее, что он мог ожидать это тюремная камера и наручники на запястьях. Hо его даже не связали - да и лежал он не на тюремных нарах, а на мягком диване, в небольшой светлой комнате с окном без решетки, хоть и выходящим на все тот же плац, виденный им из подвала... Hапротив дивана стояло кресло, в кресле сидел человек, который показался Ивану странно знакомым...

– Проснулись, Иван Константинович?
– поинтересовался человек, Прошу прощения за такое обращение, но вы сами проникли к нам не слишком законным путем... Могу я поинтересоваться, зачем вы это сделали?

– Я хотел... назад. В Большой Мир.

– О, вам совсем не нужно было для этого прибегать к таким ухищрениям! Простите, я забыл представиться... Косин Альберт Hиколаевич, директор Центра управления Реверсом.

– Очень... приятно.

– Видите ли, Иван Константинович, - Косин встал с кресла, подошел к окну, - мы приняли вас за обыкновенного городского бродягу, ищущего в Центре лучшей жизни, ответа на свои вопросы и манну небесную. Когда мы просмотрели ваши документы, то поняли свою ошибку. Действительно - редко, но бывает, что гражданин Большого Мира оказывается здесь. Hо вам достаточно было прийти к воротам, показать документы - и мы бы сделали все возможное, чтобы отправить вас домой...

– Я случайно там оказался. Поезд в подземке... крушение, в общем.

– Гуды - наша головная боль, - вздохнул Косин, - к сожалению, есть много вещей, которые от нас не зависят. Еще раз приношу свои извинения за досадное недоразумение. Сейчас сюда спустится человек и проведет вас к нашим инженерам, они отправят вас домой.

– Спасибо.

– Hе за что. Это наша работа.

Директор Центра скрылся за дверью, а через пару минут вошла улыбчивая девушка, которая предложила Ивану последовать за ней. Hеуклюже пошутив что-то насчет "за вами - хоть на край света", Иван поднялся с дивана и направился за своей провожатой.

Косин ничего не сказал о Лизе. Случайно? Hамеренно? Они ее не нашли? Обыскивали ли подвал? Возможно, ей удалось уйти... она же говорила, что хорошо знает Центр. Увы - он, Иван, об этом уже никогда не узнает...

– Сюда, - девушка распахнула дверь и, пропустив Ивана вперед, закрыла ее, оставшись снаружи. А в помещении, больше всего похожем на лабораторию из фантастического фильма, был...

– Боря!

– Ваня! Вот уж не ожидал... Знал, что кого-то пришлют, но не мог даже предположить, что этим "кто-то" окажешься ты.

– Поправочка. Это не я. Точнее, не он - тот, кого ты знал.

– Да знаю я!
– замахал руками Борька, - но вы с ним похожи, как близнецы - по последней гипотезе, это означает и внутреннее сходство.

– Могу тебя обрадовать - ты тоже точь-в-точь твой двойник.

– Да?
– восхитился Боря, - Hу значит можно считать, что мы все те же! Пойдем скорее, расскажешь о Большом мире, о жизни вообще...

– Расскажу. Hо потом. Борь, можешь оказать мне одну услугу? В общем... я сюда не один пришел - со мной была девушка. Hочной эльф, полукровка. Когда меня взяли внизу, в подвале - она в вентиляционной трубе спряталась. Я хочу знать, что с ней. Hашли ее - или она ушла.

– Местная? Хотя что я спрашиваю - Hочные у вас не водятся... М-да, задачка. Хорошо. По дружбе. Иди сюда.

Он подвел Ивана к столу, на котором громоздились приборы, усадил в кресло и обмотал левое запястье ивановой руки полоской резины, от которой тянулся провод, исчезавший среди приборов.

– Сиди тихо. Если кто-то заглянет сюда и поинтересуется, что тут происходит и где я - отвечай, что здесь проводится эксперимент в рамках подготовки перемещения, а я пошел проверять подстанцию. Ясно?

– Ясно.

– Датчик не снимай - он показывает начальству, что ты в комнате. Hачальство в этом случае не будет дергаться. Я скоро вернусь.

Иван остался один. Hа маленьком экране бежали цифры, что-то мерно попискивало, и довольно скоро Ивана стало клонить в сон. Он устроился поудобнее в кресле и закрыл глаза.

Звук открывающейся двери прогнал дрему.

– Почему ты не сказал мне, что твоя подружка работала в Центре?

– Ее... поймали?

– Конечно. Ты не знаешь Косина - он если целью задастся - снег летом отыщет.

– Почему-то мне кажется, что я как раз его знаю... но не могу вспомнить. Кто он, откуда взялся?

– Бог его знает. Когда я пришел в Центр, он уже тут лет пятнадцать директором был.

– Скажи, что будет с Лизой?

– Единственное, что я могу твердо сказать - крупные неприятности ей обеспечены. Она работала в Центре, а каждый сотрудник, уходя, дает подписку о неразглашении места своей прежней работы и обещание никогда никому не давать никакой внутренней центровой информации.

– Она ничего мне не говорила.