Девушка устало улыбнулась, долго-долго (насколько могла) посмотрела на него и резко вышла, обрубая желание остаться. Тревожные мысли сразу же начинали заползать в голову, но Злата тут же гнала их от себя.

Только сейчас она, наконец, поняла, какую важную роль в её жизни играет Милена. Она ведь была не только была не только её начальницей и подругой Паши, но и тем звеном, которое отчаянно пыталось прикрепить любящих людей друг к другу, дать им возможность видеться и любить… А теперь из-за Златы с ней могло произойти….

Чувство вины скребло под рёбрами, пользуясь секундной слабостью. Теории одна хуже другой рождались в голове, однако кое-что позволяло ей обороняться от этого. Пашин взгляд, его прикосновения — он не винил её, не укорял.

Одно это придавало сил, и было настолько непривычным в её жизни, что хотелось плакать. Под аккомпанемент этих мыслей Злата вернулась в фонд, надеясь разобраться с тем, что именно произошло и выполнить возложенные на неё обязанности. Сдаваться и раскисать больше не в её стиле.

***

В больницу Паша фактически влетел. Он знал, куда нужно идти, двигался уверенны-ми шагами, игнорируя вопросы коллег. Булат сказал, что жену обещали перевести в палату, что ничего не сказали об её состоянии и оставили ждать в коридоре.

Мужчина сохранял выдержку и спокойствие, старался рассуждать рационально, но по его голосу Паша понимал, что он сам напряжён как пружина. Увидев бывшего одноклассника, мнение лишь подтвердилось.

Тот стоял напротив палаты, опустив голову и скрестив руки на груди. Ждал вердикта. Ждал жену и совершенно точно чувствовал себя беспомощным. Подобное состояние Паше, к сожалению, было очень хорошо знакомо. В этой ситуации любые слова были излишни и могли вызвать разве что только раздражение.

Паша подошёл к Булату, сухо кивнул в знак приветствия, раздумывая, что сказать и как спросить о том, что произошло. На ум ничего не приходило, а от молчаливого бездействия уже становилось невыносимо. Мужчина осмотрелся, высматривая кого-то из персона-ла, но, на удивление, в коридоре было пусто.

— Мне позвонили уже из больницы, я приехал сюда, больше ничего не знаю, — после ещё десяти минут молчания пояснил Булат, видя напряжение на лице друга. — Утром всё было в норме, сейчас к ней не пускают.

Мужчина кивнул, прислоняясь спиной к стене напротив.

— Сколько уже ждёшь?

— Около двух часов, — равнодушно ответил Булат. Ни один мускул на его лице, кажется, не дрогнул, но от тона становилось не по себе. Умом Паша понимал, что, если хоть что-то случится с Миленой, то ровно с таким же каменным лицом друг не оставит здесь камня на камне.

— Судя по тому, что её перевели в палату, состояние стабильное, — попытался рационально заметить Паша, только вот ледяной взгляд Булата показал, что его оптимизма тот не разделяет. — Я останусь здесь, у меня скоро смена, поезжай домой, толку от твоего нахождения здесь всё равно нет.

Булат хмыкнул, покачав головой. Возможно, если бы ситуация не касалась его напрямую, он бы тоже посоветовал кому-то сделать именно так, но сейчас подобное поведение в его собственных глазах выглядело просто предательством.

Узнав о состоянии жены, мужчина отметил все назначенные на сегодня встречи, среди которых, на счастье, не было чрезвычайно важных, и поехал в больницу. Дальше оставалось только ждать и выпытывать информацию у врачей.

— Уехал бы отсюда, если бы тут была твоя малолетняя заноза? — внезапно спросил мужчина. Без злобы и лишних эмоций. Сухо по факту. Паша в раздражении сдвинул брови, собираясь ответить, но Булат договорил за него. — Вот и не давай глупых советов, если хочешь помочь, лучше спроси об её состоянии у коллег, тебе они явно ответят что-то более вразумительное, чем мне.

Довод был разумный, и Паше пришлось признать, что он прав. Интересно, что даже в стрессовой ситуации Булат оставался таким же бескомпромиссным и стойким. Не громил больницу, не кричал, просто пытался найти выход в предлагаемых обстоятельствах.

***

Вернувшись в фонд глубоким вечером, Злата не могла не заметить взвинченности всего персонала. Никто ничего не говорил, но лица всех выглядели настолько шокированными, что это естественно вызывало вопросы. Решив разобраться в том, что случилось, Злата понимала: нужно действовать осторожно и для начала заняться своими прямыми обязанностями. Проверить все вверенные ей документы, состояние рабочих мест и отчёты персонала о проделанной работе.

Конечно, чтобы выполнить всё должным образом, Злате не доставало опыта, но настойчивость и природный ум, как никогда оказались, кстати. Несмотря на то, что Милена была уверенна в своём персонале, девушка знала, что часто во внештатных ситуациях вылезает природная гниль людей, поэтому в первую очередь она проверила рабочий кабинет начальницы на «предмет вмешательства».

Всё было слишком в порядке, никакой суеты, какая обычно бывает в рабочем темпе. Это насторожило, и Злата решила не рисковать, тут же позвонив и заказав записи с камер наблюдения. Одна из них писалась независимо и хранилась в не фирме, другая — здесь. Результаты должны были прийти через пару дней. Для безопасности.