Когда он очнулся, за окном по-прежнему было темно. Уф, хорошо, что Даша ничего не заметила! А то ведь Шпилю расскажет.

Антон с трудом поднялся, размял затёкшие руки и ноги, осторожно собрал осколки. Странно, что песка на полу совсем нет. Он подумал немного и решил, что часы были пустые, а тот вихрь и человечек ему померещились со страху. Осторожно подвинул шкатулку, чтобы пустое место от часов не бросалось в глаза, и тихонько вышел, унося разбитые стёклышки. Завернул их в несколько салфеток и выбросил.

Ночью ему снился песок. Горячий, тяжёлый. Песок забивался под одежду, сыпался в уши, в глаза, в нос и в рот. Антон пытался освободиться, но получалось плохо. Текучий и вязкий песок неотвратимо погребал под собой задыхающегося пленника.

Утром он проснулся измотанным и вялым. Но это, наверное, оттого, что ночью переволновался, когда залез, куда не следует.

В комнату Шпиля он больше не заглядывал, Дашу разговорами не донимал и вообще старался быть тихим и незаметным.

Ночью ему снова снился песок, неотвратимо засыпающий его с ног до головы.

С утра Даша спросила:

— С тобой всё хорошо? Не заболел? Ты странно выглядишь…

Антон заверил её, что с ним всё в порядке. А сам долго разглядывал себя в зеркале в ванной, пытаясь понять, что с ним не так.

Вроде выглядит, как обычно. Бледный только чуток. И уставший, хотя ничего не делал.

На третью ночь он уже не пытался барахтаться в грудах песка. Сил нет. Пусть сыпется.

…кто-то тряс его за плечи и звал по имени. Он еле-еле разлепил глаза, с трудом сосредоточился и разглядел встревоженную Дашу.

— Наконец-то, Антон! Что случилось?

— Ничего…

— Я тебя добудиться не могла целый час. Наверное, ты всё-таки заболел!

— Да, может…

Признаваться в содеянном Антон не хотел ни за что. Если Шпиль его выгонит, он пропадёт! Надо как-то самому разобраться.

Дашка принесла градусник, велела померить температуру и пошла заваривать чай с малиной. Но Антон знал: не поможет.

Промаявшись до вечера, он решился. Позвонил Полозу. Тот уже спас его один раз — может, поможет и теперь?

— Да, кто это?

— Ну, это я… Антон… помнишь меня?

Полоз помолчал пару секунд, потом улыбнулся:

— А, новый воспитанник Шпиля? Помню, конечно. Что стряслось?

— Я… ну, мне нужна помощь…

— В чём дело?

— Я… — губы предательски задрожали, и Антон едва сумел сдержаться. — Ну, разбил часы… в комнате у Шпиля. Туда нельзя, а я полез… теперь болею… ну, и песок снится… я не знаю, что делать.

— Так, не паникуй. Давно болеешь?

— Третий день…

— А Дашка что?

— Ну, она не знает…

— Ладно. Мы с другом сейчас приедем. Жди.

Через полчаса к нему в комнату вошёл Полоз с незнакомым здоровенным мужиком. Антон хотел испугаться, но Полоз сказал:

— Это мой друг и одноклассник, Ужик.

«Какой же это Ужик? Это целый Удавище!» — подумал Антон.

Ужик осторожно пожал ему руку и прогудел:

— Очень приятно.

— Так, теперь иди отвлекать Дашку, а я посмотрю, что тут у нас.

Ужик кивнул и вышел.

Полоз выслушал сбивчивый рассказ Антона о песочных часах и снах, а потом велел ему лечь ровно и не шевелиться. Начертил в воздухе несколько странных знаков: они светились неприятно ярким бело-голубым светом и висели перед Полозом как в кино. Одни гасли тут же, другие сияли, пока Полоз их не развеял.

— Хм, интересно, — протянул он. — Ладно, надо ещё изучить место, где те часы стояли.

— Не говори Даше, — слабо запротестовал Антон. — Она Шпилю расскажет.

— Не расскажет! — усмехнулся Полоз. — Спорим?

И Антон поверил. Поверил, что Полоз точно знает, как лучше.

Полоз высунулся за дверь и позвал Дашу и Ужика.

Когда они подошли, он вышел из комнаты, но дверь закрывать не стал, и Антон всё прекрасно слышал.

— Ты права, Даша, — начал Полоз. — Антон нездоров.

— Что с ним? Надо «скорую» вызывать. Существ я здесь не видела. Да и откуда бы? Он из квартиры не выходит, а тут у нас всё закрыто печатями, знаками и ещё Шпиль знает чем.

— Это да. Так, Даша, дай слово, что то, что я скажу, останется между нами.

— В чём дело? — голос у Даши напряжённый. Натянутый как поводок, с которого рвётся пёс. Антон видел такого однажды: пёс, привязанный к перилам у магазина, увидел кота и прыгнул. Длины поводка не хватило, и он, захлёбываясь лаем, тянулся вслед убежавшему коту, натягивая поводок изо всех сил. Антон тогда подумал: точно лопнет!