Шрифт:
— Ты вся горишь, — прикоснулся к моему лбу Такеру.
— Что происходит? — Появился сэнсэй, который собирался принимать экзамены.
Я устала, не то слово, но мне было уже все равно. Главное — я должна была сказать…
— Такеру, — взяла его за руку, понимая, что сейчас отключусь. — Нацуэ. Она возвращалась в общежитие?
— Что? — Не понял Такеру.
— Разойдитесь! Позовите врача! Скорее! — Командовал на заднем плане сэнсэй, пробираясь ко мне сквозь толпу.
— Нацуэ. Она была со мной.
И тут Такеру сказал то, чего я не ожидала вот вообще никак.
— Кто такая Нацуэ?
Глава 3
Снова этот злополучный лес, снова происходит какая-то мешанина, и я все время зову Нацуэ, изо всех сил пытаюсь до нее дотянуться. А она… она все продолжает протягивать ко мне руку и просить помочь ей.
Почему я не могу помочь ей?
Обожгло. Прямо за правым плечом очень больно. Проснулась от этого и поняла, как сильно мне жарко. Сон не отпускал, как и все произошедшее, но мое состояние будто бы затмевало собой все нужные мысли, превращая случившееся в очень плохой ночной кошмар.
Но это был не кошмар.
— Извините, могу я узнать о состоянии моей одногруппницы? — Услышала где-то вдалеке я без уточнений, но была уверена, что справлялись обо мне.
Такеру. Я узнала его голос. Осмотрелась: похоже, я в лазарете университета, по-видимому, мне было настолько плохо, что я попросту отключилась. Что и неудивительно. Но раз уж я проснулась…
— Она спит, зайдите позже, — строгий голос медсестры, или кто это мог быть, ответил на вопрос.
Но я не хотела отпускать единственного, кто связывал мою реальность до того, как я здесь оказалась, и после.
— Такеру! — Громко позвала я, привлекая внимание.
Воцарилась тишина. Моя кровать была зашторена белыми занавесками, поэтому я ощущала себя будто бы в параллельном мире. Почему плечо так жжет?..
Потянулась к нему и обнаружила: онемение, а также повязку, туго стянутую на моей руке. Шевелить рукой можно было, но с трудом. Значит, я действительно обожглась. Но чем? Что случилось в лесу? Отрывочность воспоминаний меня убивала. Каждый раз, пытаясь дотянуться до них, я будто бы погружалась в новый кошмар.
Нет, старый. И это было неприятно.
Наконец, занавеска чуть дрогнула, ко мне заглянула медсестра. Подошла ближе, деловито осмотрела, спросила о моем самочувствии.
— Пожалуйста, пустите Такеру, — попросила я.
Медсестра вздохнула, недоверчиво меня осмотрела с ног до головы, как будто мне бы еще лет двадцать лежать в коме, а не гостей принимать.
— Нужно сообщить твоим родителям, — заявила медсестра.
— Нет, не стоит! — Возразила я, а потом подумала: а разве для этого нужно было мое разрешение? — Вы… уже звонили им?
— Да, но не смогла дозвониться, — и хорошо. — Что случилось?
Если бы я знала…
— Думаю… — если скажу медсестре правду, меня и в дурдом сдать могут, — это все экзамены. Переволновалась.
Нервно улыбнувшись медсестре, я даже не пыталась играть, ведь действительно переживала. Только уже не из-за экзаменов. Но какая разница, когда вариант рабочий?
— Ты здесь уже не первый год учишься, — заметила медсестра.
— Да, но Вы же знаете, каждый новый экзамен как первый, — настаивала на своем уже более уверенно я. — Пожалуйста, пустите Такеру. Мне важно знать, что там с моим экзаменом, что сказал сэнсэй.
Медсестра вздохнула, посмотрела на меня строго, раздумывая, стоит ли идти у меня на поводу, но все-таки пошла мне навстречу и уже через минуту Такеру зашел ко мне за занавеску. Я была настолько увлечена своими расспросами, что даже не подумала, как выгляжу. Почему задумалась сейчас? Да потому что Такеру на меня так глянул, будто я смертью ходячей прикинулась.
— Ты… в порядке? — Он пытался выглядеть непринужденным, скрывая удивление, и в обычные дни ему это вполне удавалось, но сейчас он справлялся плохо.
Такеру был симпатичным молодым человеком, выше меня на полголовы, с выразительными почти черными глазами, модной стрижкой. Мы не общались с ним особо, только вежливо здоровались, да я больше дружила с иностранными студентами, но тоже не слишком близко. Поэтому первоочередной задачей для меня было выяснить главное.
— Такеру, пожалуйста, мне очень нужна твоя помощь, — заявила я, стараясь звучать, как можно более вменяемо, хотя и не понимала, почему нужно прилагать к этому усилия. — Скажи мне: что стало с Нацуэ?