– Я только хотел, чтобы тебя как можно меньше дергали, - виновато отозвался тот.

– Я понимаю, но теперь в этом нет нужды. И в связи с этим я еще раз хочу предложить оставить меня и уехать к себе домой. Сейчас с каждым днем становится все опасней, - я обвела всех взглядом. Но они затихли.

– Я правда не хочу рисковать всеми вами.

– Об этом даже и речи не идет. Мы остаемся, - сказала Мари. Остальные ей покивали в знак согласия.

– Хорошо… - сдалась я.
– Тогда будьте все аккуратнее.

Развернулась и собралась покинуть зал, но Лойд меня нагнал.

– Куда ты собралась? – он уже понял, но решил уточнить, сомневаясь в моей адекватности.

– К дикому. Продолжать лечение.

Он схватил за руку и остановил меня.

– Ты с ума сошла?! Ты только что чуть в обморок не упала!
– шипел Лойд, сжимая мой локоть. – Вдруг это последствия использования магии? Ты устала.

Я обвела его хмурое настороженное лицо взглядом. Он так переживает. Поэтому у меня язык не поворачивается признаться ему в том, что я предполагаю причину своего утреннего состояния. Если мои догадки верны, а как лекарь я не могу ошибиться, то он станет еще сильней переживать. И весь наш план пойдет псу под хвост.

– Я в порядке. Правда, Лойд. Поверь мне, - я улыбнулась ему ласково, вкладывая всю любовь. Незаметно прикоснулась к руке и влила толику спокойствия в его тело.

– Я с тобой, - непреклонно ответил Демон.

Он знает, что со мной спорить бесполезно. И мы оба отправились в клетку. Дикий спал, связанный после вчерашнего. Я не стала тянуть и приступила тут же к лечению. Сколько времени прошло, я не знала. В такие моменты все сливается в единый поток без начала и конца. Моя сила имеет предел, но не имеет границ. Она льется и льется, и лишь мое тело сдерживает ее. Организм как прутья клетки для океана. Что будет, если позволить выплеснуться ей? Слиться с силой. Поглотит ли она меня? С такими мыслями я вынырнула из этого состояния и принялась осматривать результат. Шерсть на Одичалом стала редеть. В размерах он также немного уменьшился. Челюсть не так сильно выпирала, возможно из-за того, что пропали звериные клыки.

– Я же говорил, что ему просто нужно время. Изменения уже начались. Дай ему самому бороться за себя. Пусть начнет вспоминать, кто он был и есть. Он должен вернуть человеческий облик.

– Ты прав, - согласилась я.

Когда мы вернулись в дом, то у входа стояло несколько человек. Стража не пропускали. И я поняла причину. В зале сидела Аделина. С котенком на руках. А рядом с ней стоял мальчик. Он так сильно пыхтел, с обидой поглядывая на девочку, что щеки его от злости были пунцовыми. Руки спрятаны за спиной.

– Что здесь происходит? – спросила удивленно я у моей юной знакомой.

– Этот чудак погнался за котенком. Я ему говорила, чтобы он не трогал его. Но этот упрямый все равно его поймал. А я ведь говорила! Ты дурак! – прикрикнула Адель на мальчишку.

– Сама такая! Чокнутая вместе со своим клубком шерсти! – обвинительно ответил мальчик.

Девчушка высунула язык с характерным «ммм» и так же удостоилась кулака, показанного в ответ. И тут то я и увидела, вероятно, то, из-за чего они пришли ко мне.

– А ну-ка дай свою руку, - протянула я ладонь ему.

Мальчик нехотя вложил свой кулак мне. Царапины сеткой покрывали внешнюю сторону ладони.

– Мисс, вылечите ему руки, а то он нажалуется маме, и тогда тетя Сесиль может наказать котенка, - глаза Адель увлажнились, и она крепко прижала животное к груди.

– Я же сказал, что не буду жаловаться. Я не ябеда! – обида так и сквозила в речи ребенка.

– Она мне не верит, - уже ко мне обратился мальчик.

Я улыбнулась и покачала головой:

– Дело не в том, верит или нет. Ты не сможешь такие царапины скрыть от мамы. И когда она заметит, то тебе придется рассказать, откуда они. Ведь так?

Он опустил голову, мельком глянув на девочку.

– Мы все вылечим, и тебе не будет больно. И впредь ты не станешь играть с животными, если они этого не хотят. Договорились? – Спросила его, уже располагая ладонь над его ранками.

Он неохотно согласился, все еще хмурясь. Но когда появилось свечение, он тут же забыл, что обижался. Неприкрытое детское любопытство взяло верх. Он с затаенным восхищением наблюдал, как затягиваются царапины.

– Ну вот и все.

– Ух ты! Вот это здорово! Я не видел никогда, чтобы лечили светом!

– Ну ты глупый! Это же целители так лечат, - со смехом отозвалась Адель.

– Я знаю! Просто они никогда не появлялись у нас.

– Они приезжали один раз.

– Нет, их не было. Я бы запомнил…

Спор детей продолжался, голоса стали удаляться и вовсе прекратились, стоило детям выйти за дверь. Я не смогла сдержать смеха. Такие они милые.

Я повернулась к стоящему все это время Лойду возле входа в зал. Он оторвался от косяка, на который облокачивался, и двинулся в мою сторону. При этом его взгляд выражал столько нежности. В уголках глаз собрались морщинки. Он улыбался.