Быстро нацепив брюки и кофту, на ходу стала завязывать узел из волос. Искать заколку не было времени.

– Отведи меня к Лойду.

Вильям тяжело вздохнул и, тихо ступая, вышел в темноту коридора.

Я последовала за ним. Мы бесшумно продвигались по темному коридору. Дверь в комнату Мари была закрыта.

– Райана, Лойд мне ясно дал понять. Я не могу тебя к нему доставить, ты должна покинуть дом.

– Вильям, повторюсь, я не уйду без него, - тут я услышала шорох внизу. – А где остальные? Лина, Мари?

– Они… мертвы…

И словно в подтверждение его слов, я спотыкаюсь обо что-то. Падаю прямо на мягкое… тело. Рука Вильяма своевременно закрывает мне рот рукой, и мой крик получается приглушенным.

– Бежим, - Вильям потянул меня за руку, вздергивая с пола. Мы спустились в подвал. Стражи не было. Лунный свет из окна под потолком освещало два тела на полу. Я остановилась.

– Но здесь нет выхода, Вил? – тяжело дыша от быстрого бега, посмотрела на парня.

В этот миг лунный свет дрогнул. Я метнула взор в сторону окна и увидела чьи-то ноги. Возня за спиной, на которую я не успеваю отреагировать, как вдруг к моему лицу прижали влажную, с резким запахом тряпку. Я схватилась за руку, пытаясь отодрать от себя.

«Не вдыхать!» - пронеслось в голове, но бешено стучащее сердце и нехватка кислорода после бега сыграли злую шутку. После первого же вдоха и без того темный подвал и вовсе померк, и закружился. К горлу подступила тошнота, а чернота заволакивала мой разум. И прежде чем сознание покинуло меня, ликующая мысль на миг возникла в голове - предатель наконец-то обрел лицо…

Голова была такая тяжелая и ужасно болела. Шея затекла. С большим трудом я подняла голову. Волосы растрепались и падали на лицо. Я медленно пыталась их стряхнуть, но каждое движение простреливало в висках. Я застонала. Попыталась разлепить глаза. Только сейчас поняла, что во рту у меня тряпка, а руки связаны сзади. Я сморщилась от боли, но все же огляделась. Было темно. Похоже на подвал, но не в нашем доме. Чужой. Дневной свет просачивался сквозь несколько грязных, заляпанных окон.

События и открывшаяся правда навалились тяжелым камнем. Как же так? Сколько раз друг спасал ее. Тот предатель в страже. Вильям его убил. И только сейчас я поняла, что не ради меня. Он испугался, что тот его сдаст. Но зачем он позволил себя ранить в ночь моего дня рождения? Или опять было все просчитано. Они знали, что я спасу друга. Думали расправиться со мной там, в лесу.

Стало так горько. Непрошенная слеза скатилась по щеке и впиталась в тряпку на губах. Я решительно отогнала мысли о предательстве и стала судорожно придумывать способ выбраться. Пока Вил не видел в комнате во время того, как я одевалась, захватила с собой нож. Только до него не добраться. А может, его и забрали.

Я пошевелила ногой. Нет, он на месте. Почему не проверил? Недооценил меня? Сейчас самое главное - собрать всю волю в кулак и не падать духом. Настойчивые, рвущие сердце рыдания просились наружу. Лина, Мари… Он сказал, что они мертвы. А Лойд? Что с ним? Он бы не ушел один, не разбудив меня.

Я пошевелилась и вскрикнула от боли. Тело занемело и казалось, будто болели даже волосы. Стон сорвался с губ вновь, когда я привстала на колени. Правой рукой я потянулась к юбке. Завязанные запястья мешали это сделать быстро. Я с трудом ухватилась за ткань на бедре и стала тянуть вверх подол. Оголив ногу, добралась до ножа. Для этого пришлось поменять позу, садясь на левое бедро, и согнуться вправо. Кончиками пальцев я дотронулась до рукоятки, но подцепить никак не получалось. Я отчаянно всхлипнула. Распрямившись, перевела дыхание и повторила попытку. В этот раз у меня получилось ухватиться за рукоятку ножа и вытянуть его. Шумно выдохнув, я аккуратно завела руки назад и перевернула нож острием вверх. Не знаю как, но нужно попытаться разрезать. Одно неверное движение и нож выскочит из дрожащих ладоней.

Снаружи послышались шаги. Я затаилась. Веревки нехотя поддавались, но требуется время. Чуть сдвинувшись в угол, я спрятала руки.

Дверь противно скрипнула, и в помещение вошел мужчина в плаще с капюшоном, закрывающим лицо. Я вспомнила, как Лойд говорил о таинственном незнакомце в плаще, который нанял бандитов убить меня. Они не видели его лица. И, услышав насмешку, прищурилась, вглядываясь в темноту под тканью.

– Не трудись, дорогая. Мне нет смысла больше скрываться, - с этими словами мужчина взялся за края капюшона и резким движением скинул его.

Я не поверила глазам…

– Удивлена? – приблизился он ко мне. Присел на корточки, и мои привыкшие к полутьме глаза разглядели морщинки вокруг такого знакомого лица. Такого схожего с моим отцом…

Он одной рукой грубо стянул повязку вниз, и она упала ожерельем на шею. Я облизала пересохшие губы и просипела:

– За что?

– Честно говоря, я бы предпочел еще и Тайлера видеть здесь в таком же жалком положении. Я хочу, чтобы мой дорогой сынок пожалел о своем поступке девятнадцать лет назад.

Его глаза сверкали безумством и ненавистью. Он встал и начал ходить передо мной из стороны в сторону.

– Эта чертова ведьма, твоя мать, вскружила ему голову. Склонила его. Он должен был стать сильным, жестоким королем, моей гордостью, моим приемником. А что сделал он? – спросил Треворан меня, но не для ответа.

– Он пошел на поводу у дочери наших врагов! – выплюнул мой дедушка.

– Мама не виновата, - все же осмелилась я вставить свое слово.

– Лучше заткнись! Ты ее отродье! Тебе и Тайлеру повезло уродиться внешностью в отца и только поэтому я еще раньше не удавил вас в колыбели.