Клянусь, я ненавижу их всем сердцем, но если мой парень забьет людей до смерти – это будет просто катастрофа.

Андрей с Вахтангом приходят к какому-то общему заключению. Понимаю это, потому что вскоре Вахтанг подходит к Глебу и развязывает ему руки – а потом и остальным двоим. Оператор ничего не комментирует, просто пытается уловить каждое движение.

– Поднимитесь, – требует Андрей, и они подчиняются, сразу же вставая на ноги.

Вахтанг прикуривает и передает пачку сигарет оператору. По недолгому чирканью зажигалки и трясущейся камере понимаю, что прикуривает и он. Мне самой сейчас не мешало бы покурить – чтобы хоть немного успокоиться и прийти в себя.

В подвале все притихли.

Сначала я думала, что ребята попытаются убежать или кинутся на обидчиков, если им развяжут руки – но они просто покорно стоят и ждут. Видно, сильно избиты и обессилены, раз ничего не предпринимают. А еще запуганы – даже мне страшно, а что же происходит с ними? Наверное, прощаются с жизнью под дрожание своих коленок.

– Значит, любите секс? – наконец говорит Андрей, рассматривая нож. – Снимайте штаны. – Он произносит это так жестоко, что меня пробирает мороз по коже.

– З-зачем? – растерянно спрашивает Глеб.

Двое других ничего не спрашивают, просто стоят. Под грозными взглядами людей внутри они неуверенно делают то, что говорит Андрей. Очень медленно и обреченно раздеваются. Стоят, опустив головы вниз.

– У нас сегодня праздник, не правда ли?

В ответ они с непониманием смотрят на него.

– Торжественно сделаем вам обрезание, – ухмыляется Андрей, подходя ближе. – Ну, с небольшими отхождениями от традиций.

Все трое внезапно понимают, что их ждет, и дружно умоляют этого не делать.

– Пожалуйста, не надо… – просит Глеб, медленно расстегивая свой ремень.

– Выбирай, как хочешь – чтобы тебе его отрезали или прострелили?

Сердце не слушается. Еще немного – и я потеряю сознания от ужаса. Андрей просто не видит границ.

Он подходит к Глебу сзади.

– Советую выбирать быстрее, а то я за тебя выберу. – Он говорит настолько легко и непринужденно, что в голове всплывают два варианта – либо готовился слишком долго, либо такие «сходки» у него не в первый раз.

– Умоляю, не надо.

– Давай, сука, – чуть ли не рычит Андрей. – Умоляй еще, пока твои причиндалы на месте.

– Пожалуйста, прошу вас, я все сделаю, все что угодно! Только не делайте этого!

Андрей начинает смеяться – так истерически и громко, будто бы наигранно, но мне сложно в полной мере распознать его эмоции.

– Да ты уже все сделал, падаль. Все, что можно. Поэтому расслабься и получай удовольствие, – произносит Андрей уже сурово и серьезно и толкает Глеба, отчего тот падает на живот. – Если, конечно, сможешь.

Мои ледяные руки трясутся настолько, что сложно удержать в них телефон. Осталось немного. Совсем немного.

Неужели он действительно способен на это?

И вот Андрей подходит к лицу Глеба и садится на корточки. Берет одной рукой за волосы – голова парня болтается, будто какой-то бесформенный мешок.

– С тебя и начнем, массовик затейник, – сообщает Андрей и одним резким движением переворачивает парня на спину.

Слышу хныканье, но не могу разобрать, чье именно. Это точно не Глеб, потому что его лицо отчетливо видно. Он сейчас в шоке. Просто молчит и морщится. Спустя несколько секунд он вдруг тоже начинает плакать навзрыд, пытаясь закрыть опухшее лицо руками.

– Страшно, ублюдки? – спрашивает Андрей.

– Мне кажется, тут кто-то в штаны наделал, – отвечает Вахтанг.

– Зато в следующий раз они будут думать головой, а не своими яйцами. Если, конечно, они им все-таки дороги.

Все.

На этом запись заканчивается. Теперь я не могу узнать, что было дальше, а полное удовлетворения лицо Андрея – последнее, что попадает в кадр.

В голове назревают сотни вопросов, но ответить на них некому.

Глава 18

Покорность

За окном светает.

Гроза только закончилась.

Где-то в час она началась – и очень точно попала в настроение Андрея на видео, в мои метания и переживания. За ночь я так и не смогла сомкнуть глаз. Закрываю глаза – а там Андрей, все смеется и смеется, отстаивая мою честь. Бояться его должны были они, но в итоге теперь мы вместе боимся. Я со своими насильниками вместе.

Открываю окно, чтобы немного насладиться воздухом после грозы.