— Ничего себе, — не удержалась Лирен, услышав названную сумму. — Треть от доли в лавке Джоанны.

— Возможно, вы могли бы оказать мне услугу.

— Боюсь спрашивать, — фыркнула девушка, расстегивая застежку на платье.

— Ничего предосудительного. Мне необходимо, чтобы кто-то присмотрел за человеком, который любит совершать глупости. Он не должен их совершать.

— Вы оцениваете это в столь внушительную сумму?

— Когда речь идет о Карстене, предлагать меньшие деньги было неуважением к вам, госпожа. Вы сможете заставить его думать хотя бы потому, что на вас у него нет рычагов давления, к тому же вы опытный дипломат. В моих силах только преувеличить степень его травм, а не запереть в темнице… хотя сделал бы я это с удовольствием.

— У него не сломаны ребра? — удивилась Лирен, в душе сильно сомневаясь в правоте мага. Пусть Карстен пока этого и не знал, но за прошедшие полгода у него возникли пути для манипуляции, и для того, чтобы их не заметить при постоянном нахождении рядом, надо быть глупым человеком, не умеющим составлять простейшие логические цепочки. Об умственных способностях мужчины она была достаточно высокого мнения.

— Всего лишь небольшая трещина и проявление старых проблем, которые лечатся без особого труда, — улыбнулся Дерил. — Но ему об этом знать не обязательно. Пусть лучше лежит в кровати и ругает меня, чем пытается лазить по крышам или гоняться за кем-то. Итак, ваше решение?

— Хорошо, — кивнула Лирен. — Я согласна.

— Ты решил теперь постоянно изображать роль моего персонального стражника?

Маркус натянуто усмехнулся. Он не спорил, что Анна была умелым и опытным воином, однако она умудрилась убить одного члена Братства на глазах у другого, а это было очень нехорошим знаком, сводящим шансы женщины справиться в одиночку почти на нет.

— Ты чего, считаешь, что мне стоит опасаться этих парней? Брось.

— Я же говорил, что в курсе, как они мстят. Собственный кодекс чести и все такое, могла бы и знать.

Анна только фыркнула и поглубже натянула капюшон. Шапку она не носила принципиально — благо в этот год зима позволяла, оказавшись на удивление теплой. Спорить дальше она, впрочем, не стала — женщина и без того устала за вечер, чтобы еще кому-то доказывать, что победить ее не так просто. Да и Анна действительно сомневалась, что смогла бы вовремя среагировать, напади на нее кто-то вроде тех, кого послала столичная госпожа, особенно с чужим мечом не по руке, который она так и тащила за собой — оставлять в ратуше было жалко, еще приберут к рукам стражники.

— Слушай, может, заберешь меч? Отдашь его потом Карстену, все-таки коллеги.

— Давай, — легко согласился Маркус. Таскаться с оружием без ножен ему тоже не хотелось, особенно когда спутница настойчиво пытается доказать, какая она сильная и выносливая, но лучше уж лично передать другу из рук в руки, чтобы на совести было спокойно.

Дальше они шли молча, думая каждый о своем — но на удивление в одном направлении. И именно из-за этого постоянно ожидавший нападения Маркус едва не прирезал неосмотрительно подошедшего сзади мальчишку-гонца, используемого стражей для передачи разного рода сообщений.

— Чего тебе? — раздосадовано рявкнул Маркус, опуская меч.

Гонец настороженно посмотрел на меч, но с эмоциями справиться все-таки смог.

— На Приморской пожар, горят два жилых дома и крупный склад.

— Причем тут я?

— Какие дома? — отрывисто, на выдохе спросила Анна, перебив мужчину и в запале схватив гонца за плечо.

— Капитану стражи регламентом предписано в подобных ситуациях находиться на месте и осуществлять общее руководство, — заученно ответил мальчишка. За время службы в городской страже ему волей-неволей пришлось выучить ее устав, чтобы повторять его нерадивым и упирающимся стражникам. — Третий и пятый.

— Анна? — Маркус обернулся к резко сорвавшейся с места женщине, в ответ только махнувшей рукой. — Подожди.

— Зачем? — сквозь зубы поинтересовалась она, не сбавляя темп.

— Куда ты так рванула?

— Пятый дом — мой. Там остался Вит.

Мужчина коротко кивнул и дальше расспрашивать не стал, только прибавив скорость. Это, впрочем, уже значения не имело — к тому моменту, как они оказались на нужной улице, от одного дома не осталось почти ничего, другой серьезно пострадал, а с охватившим склад огнем все еще пытались бороться, почти успешно: последние языки пламени уже уступали под натиском пожарных-добровольцев, и большую часть хранившихся там товаров наверняка удалось спасти.

Пробившись через собравшуюся толпу соседей и зевак-полуночников, Анна застыла перед пепелищем, сжав кулаки и пустым взглядом глядя куда-то перед собой.

— Стоять. — Маркус тяжело положил руку на плечо пытавшегося успокоить толпу стражника, из-за чего тот нервно вздрогнул и завертел головой. — Где ребенок из пятого?

— Мы не знаем, — доложил стражник и как-то виновато добавил, искоса глядя на женщину: — Соседи говорят, что дом сгорел в считанные минуты, скорее всего, магический поджог. Если внутри кто-то был, он вряд ли успел спастись.