Продвигались они достаточно медленно, потому что мальчишка быстро уставал, его организм всё никак не хотел входить в нормальное состояние. Поэтому они даже приблизительно не могли предположить, сколько осталось до цели. Обещанные три дня пешего хода практически истекли.

К вечеру лес начал меняться. Всё чаще встречались мёртвые деревья, с полуотвалившейся корой и раскинутыми в сторону голыми ветвями. Непонятно, что привело к гибели дубов-исполинов, которые, несмотря на сухие стволы, не собирались падать или гнить, а стояли памятниками самим себе. Трава тоже стала пожухлой, желтоватой, словно осенью. И птицы исчезли. Последний факт мужчины заметили не сразу, просто стало как-то… тихо.

— Ой, чует моё сердце, близко уже наш призрачный посёлок, — сплюнул Арман, когда они забрели на поляну, сплошь окружённую сухостоем.

— Может, здесь заночуем? — внёс предложение Чезаре. — Как-то не тянет в темноте разведывать.

— Так это ж всё сказки! — подмигнул наёмник.

— Сказки сказками, а порох держи сухим, — перефразировал Влад известный афоризм. — Давайте действительно привал организуем, а на рассвете дальше двинем. Всё равно в сумерках ничего полезного не разглядишь.

Они расположились посреди этой же поляны, запалили костерок, нанизали на прутики кусочки подстреленной ещё днём птицы, а после ужина вскоре заснули. Первое дежурство досталось французу, чему тот был несказанно рад. Влад и Чезаре тут же блаженно засопели, утомлённые дневным переходом. Лерой лениво подбрасывал веточки в огонь и время от времени прохаживался по краю поляны, прислушиваясь к ночным шорохам. Надо сказать, что здесь лес был до отвращения тихим. Ни сверчков, ни птиц, даже привычные хрусты от падающих веток раздавались очень редко. Привыкший уже к звуковому фону, Арман чувствовал, что ему как-то не по себе.

Холодало. На сухую траву легла роса, сразу стало промозгло и неуютно. Наёмник поёжился и переместился поближе к огню. Деревья чуть слышно поскрипывали где-то вверху, в самых кронах. Жутковато. «Что-то нервы ни к чёрту стали, — подумал Лерой, вертя в пальцах очередную веточку, предназначенную на сгорание. — Скоро привидения мерещиться начнут».

На краю поляны, между мёртвыми дубами, заклубился туман. Когда он появился, Арман не заметил. Просто повернувшись в очередной раз, увидел косматые белёсые ленты, змейками пляшущие в темноте. «Странно, вроде бы водоёма рядом не было. Откуда такой густой туман?» В голову полезли всякие доисторические страхи, возникающие у любого человека, когда он остаётся один на один с ночным незнакомым лесом и видит нечто непонятное. Француз поймал себя на том, что высматривает среди туманных полос силуэты людей или волков.

— Чушь! — произнёс он вслух, но тихо, чтобы никого не разбудить. Голос прозвучал, как в вате, глухо и непривычно. От этого стало ещё жутче.

Арман ещё пару минут потоптался, решаясь, и тронул за плечо Влада.

— Что, уже моё дежурство? — сонно пробормотал тот. — А кажется, только заснул.

— Нет, вообще-то ещё рано. Извини, что разбудил. Но… блин, лучше пусть ты будешь надо мной ржать… мне страшно. Хоть поговорить бы с кем-нибудь.

Влад сел, протирая глаза и позёвывая.

— Что? Страшно? Тебе? — парень удивлённо уставился на француза. — Нервишки пошаливают, да?

— Я б на тебя посмотрел, если б ты сейчас в карауле стоял, — огрызнулся наёмник. — Дубы эти сухие, скрипят, туман какой-то чёртов лезет, хоть реки в помине нету на день пути. Живности никакой. Холодно, жутко. — Он зябко повёл плечами. Промозглый воздух проникал до самой кожи, несмотря на костёр и тёплый плащ.

Комольцев огляделся по сторонам, потянулся до хруста в костях.

— Слушай, Лерой, не выпендривайся. Тоже мне, трепетная курсистка. Как будто первый раз ночью дежуришь. Ну, туман, ну, деревья… Чего страшного-то? Дай поспать. — Влад снова лёг.

— Скотина, — буркнул Арман по-французски. Он всё не мог привыкнуть, что Комольцев понимает его вне зависимости от используемого языка, и поэтому ругался чаще на родном.

Заснуть Влад не успел. Сначала лежать было неудобно, сладкая усталость, быстро погружающая в дремоту, куда-то пропала. Слова наёмника тоже немного насторожили. «Испугался. Хм. Не просто так ведь, из вредности, меня будить взялся. Может, и правда стоит вместе с ним посидеть? Вдруг это у него чутьё на реальную опасность среагировало?» Парень ещё не пришёл к однозначному решению, как вдруг услышал крик. Женский, откуда-то из леса, довольно далеко. Мигом насторожился, приподнялся на локте. Крик повторился и худшие опасения оправдались. Это был голос Лионеллы.

Влад подскочил, как ужаленный.

— Эй, ты чего? Куда?

Лерой остановил бросившегося в сторону деревьев русского.

— Ты что, не слышишь, что ли? — заорал Комольцев. — Она же на помощь зовёт!

— Кто? — выражение лица у Армана было абсолютно непонимающим.

Чезаре, разбуженный громкими возгласами, вскочил и схватился за лук, ища глазами врага. И взгляд остановился на Владе и Лерое.

— Господь всемогущий, и вы тоже?! — в глубине зрачков полыхнул страх и ярость. Стрела оказалась на тетиве мгновенно.