Не дожидаясь ответа, тео развернулся на каблуках и удалился, а на пороге появилась она.

Диедаро сразу понял, что это именно та самая призрачная ящерица.

– Здрасьте.

Каннеида с трибуны поздоровалась в ответ и приняла документ о зачислении.

– Эльвира Клинок, правильно? Можешь занять любое свободное место, к концу ночи я соберу конспект за семестр по своему предмету. Тебе придётся догонять группу.

– Хорошо.

Новенькая оглянулась, пробежала взглядом по аудитории и хищной неторопливой походкой направилась вглубь помещения. Внимание группы переключилось на неё: дао выискивала место и шагала между двух рядов, приветливо улыбаясь однокурсникам.

Форма, выданная заведением, висела на исхудавшей фигуре, видимо, дао пришлось брать на складе то, что осталось.

Диедаро всегда отличался прозорливостью, он умел чувствовать людей особенно тонко, подмечать каждую мелочь, чтобы не попасть под горячую руку, будь то старшие братья или родители. Со сверстниками же он не общался по той же причине, как и вся знать с простым народом – не по статусу.

Было видно, что дорога далась новенькой нелегко. Нездоровое бледное лицо с синяками под глазами повернулось к нему, и Диедаро встретил этот взгляд.

Необъяснимо холодный и острый, он словно пробирался под кожу ледяными иглами и жалил в самое сердце. В сочетании с приветливой улыбкой это выглядело ещё более пугающе.

Только он это видит?

Диедаро прибыл в Академию ещё летом, одним из первых, и в каждом, кого он встречал, старался подмечать что-то интересное. По началу даже пытался сдружиться с новенькими, но каждый раз история заканчивалась одинаково.

На мгновение его сердце замерло: новенькая уверенно направилась к нему и села рядом.

День полностью пошёл под откос! Теперь всё внимание одногруппников, сопровождаемое свистом и недовольными выкриками, прилипло к его парте.

«Нашла куда сесть!» – недовольно бубнила орава.

Щеки неприятно горели, Диедаро хотелось провалиться сквозь землю, и поэтому он отвернулся.

Ажиотаж постепенно стих, и Каннеида продолжила занятие. Новенькая словно этого и ждала. Диедаро почувствовал на плече её руку и тело предательски дернулось.

– Эй, привет, – прошептал тихий и такой же холодный, как и взгляд голос.

Диедаро терзал необъяснимый жар, тео словно стал пламенем, и касание льда его только разжигало.

– Добрейшего, – не поворачивая головы ответил Грач.

– Хм... – задумчиво протянула дао и потянулась за листиком. Невольно бросив взгляд в её сторону, Диедаро заметил, как она что-то выводит на обрывке бумаги.

Несколько мгновений спустя к нему в руку попала записка. В простых линиях дао начертила треугольник острой морды с крестиками вместо глаз и острыми ушами. Под рисунком настойчиво выделялись вопросительные знаки.

Ящерица узнала его! Но как? В аудитории пятнадцать изгоняющих, любой из которых мог бы быть лисой.

Диедаро, пусть понимая, что им не по пути, всё равно ждал встречи с ящерицей, ему хотелось на нее посмотреть, но, когда это вдруг произошло – испугался. Он боялся даже поднять голову, ведь ему снова придётся встретиться с обжигающим льдом бирюзовых глаз.

В ответ он нарисовал прямоугольную морду чешуйчатой рептилии.

– Замечательно! Вот и свиделись. Я Эльвира, – дао протянула руку, и Диедаро был вынужден ответить на жест и посмотреть на белое лицо, обрамленное темно-серыми прядями прямых волос.

Вблизи Грач смог разглядеть ее, изувеченную десятками царапин и мелких ссадин. Они почти зажили, но пока что всё равно оставались заметными. Тео опустил голову и обратил внимание на перемотанную грязным бинтом руку.

– Покажешь мне город после занятий? – всё также непринуждённо поинтересовалась рептилия.

Диедаро чётко расслышал, что фамилия новенькой – Клинок. Это даже не третий ранг, можно сказать, низший сорт изгоняющего, в котором практически не осталось крови основателей. Больше человек, чем изгоняющий.

Но почему он чувствовал необъяснимую силу и уверенность, исходящую от грязнокровки? Пусть и дефектный, но всё же он – Грач, выходец из семьи основателей, лишь из-за внешности не попавший в группу элитных охотников. И он должен чувствовать неловкость перед второсортным изгоняющим?

Необъяснимый страх перерос в праведное негодование. Диедаро пересилил себя и стойко встретил ледяной взгляд собеседницы.

– Ты точно хочешь, чтобы это сделал именно я?

– Ну разумеется, у меня много вопросов. А тебя я кое-как знаю.