<…> Будто бы более 30 «представителей сов. и нтеллигенции» потребовали гласного суда и полной информации в письмах к Косыгину и Подгорному. Пока названо 5 имен подписавших письмо: В. Аксенов, Белла Ахмадулина, проф. Пинский, художник Вайнберг и математик Шахнарович (кажется), проф. МГУ, лауреат Ленинской премии.[7] (Из этих 5 я знаком с четырьмя…)

20 янв. <…> Здесь в доме все нервно и тяжело. Неурядицы с сыном <…> Эмма[8] переносит и на наши отношения, и требуется много выдержки и такта, чтобы сохранять равновесие. Вечером — долгое объяснение на кухне. <…>

27 янв. <…> Меня поместили на афишу вечера памяти А. Платонова 31-го.[9]

Вечером едем с Левой к Н. Я. <Мандельштам>. Там Наталья Ивановна Столярова. Она была свидетельницей на недавнем процессе. Н. Я. заново пишет воспоминания об Ахматовой.

Уходим скорее, чем предполагали.

<…> Сюжет построен хорошо[10], но все как-то слишком «построено» и рассчитано: весь роман несколько геометричен, стреляют все ружья: нет того избытка богатства таланта, которого так много в «В круге первом». <…>

29 янв. <…> По слухам печатанию «Ракового корпуса» воспротивились Федин и Шолохов. Будто бы Солженицын болен.

1 фев. <…> Во вчерашней «Лит< ературной > газете» рецензия Олега Михайлова на книгу стихов В. Шаламова. Она давно уже лежала в редакц ии и ее не печатали, так как Шаламова стали издавать за границей и хвалить там же. И если ее напечатали, стало быть, это что-то значит, какой-то тактический ход…

2 фев. <…> Получил в Лавке 1-й том Стивенсона, любимого моего писателя. <…>

4 фев. (Дискуссия в «Вопр <осах > лит< ерату > ры» о Катаеве. — М. М.) Статья Сарнова[11] самая неверная. <…> Сарнов очень узко прочел Катаева и предубежденно: он верно строит критическую модель «Святого колодца» (но уже не понял «Травы забвения»), но выводы из нее делает неверные и поверхностные. Он буквалист и часто даже не понимает сложных тропов: просто не умеет их прочесть. И у него нет того хоботка, которым берут с цветка мед. Он прозаичен по самому складу своего мышления. Долгие упражнения в жанре пародии его испортили: ему как в старом анекдоте кажется, что у бабы только «сверху зап …. овано»: а требование в наше время от художника (дважды повторенное в качестве главного вывода статьи) гармоничности души могло бы показаться наивностью, но это еще хуже. Если литературный кумир Сарнова Маршак <…>.

7 фев. <…> Не дозвонился до Л. Я. Гинзбург. <…>

8 фев. <…> Вечером принимал ванну и т. п.

Вчера вечером по просьбе Эммы прочитал пьесу Горького «Последние». Как она удивительно связывается с нашими днями. <…>

9 фев. <…> Условился с Л. Я. Гинзбу рг встр етиться 14-го. Она уже читает корректуру Мандельштама.[12] <…>

12 фев. Закончил, переписал и еще раз переклеил статью о повестях Катаева и критике Сарнова. Написал ее искренне, но не могу окончательно решить: стоит ли ее печатать. Сарнов мне не близкий друг, но перспектива испортить отношения с человеком, в общем балансе скорее симпатичным, мне не мила.[13] П олучилось приблизительно пол-листа, немного больше, чем просила Кацева.[14] <…>

А вообще-то я сам себе малость надоел. Что-то хочется изменить — в себе или рядом с собой…

Довольно тепло.

15 фев. <…> Визы на книгу Мандельштама уже все получены, в последний момент вставили еще три стихотворения, Л. Я. читает корректуру и скоро она пойдет в производство.

16 фев. <…> Уже вышел 3-й том собрания Стивенсона. Перелистал и немного почитал. Какой это чудесный писатель. Впервые я его узнал в Озябликове[15] летом 1923 года, м. б. в самое лучшее лето моей жизни.

22 фев. <…> Рассказы о новой группе неославянофильского направления: критики Палиевский, Кожинов, какие-то кинорежиссеры и поэты.[16]

24 фев. Пишу в снятой мной комнате на Аэропортовской (дом 16 кв. 135). Переехал вчера вечером. Комната светлая, удобная, с большим окном на Красноармейскую улицу, на 9-м этаже. <…>

В № 2 В <опросов> Л< итературы > очень интересны дневники Кафки — замечательный человеческий документ.[17]

26 фев. <…> Д. Самойлов считает, что сейчас общественное мнение растекается по пяти руслам: «русситы», т. е. националисты типа Солоухина[18], либералы всех оттенков, «сталинисты» вроде Ф. Чуева[19], нигилисты «крайние» — молодежь вроде А. Гинзбурга и Галанскова и добропорядочные ортодоксы. Это разумеется условно, но доля истины в этом есть.

Рассказ Самойлова о том, как недавно к нему пришел в Лен-де в номер И. Бродский и читал стихи, которые ему не понравились. Они были <…> совершенно неконтактны.

29 фев. <…> М. Алексеев, ставший лидером сталинистов вместо Кочетова, выдвинул кандидатуру Стаднюка.[20] Его не утвердили. Тогда А-в выдвинул себя, а С-ка замом. <…>

1 марта. <…> Бросил все и лежу на кровати и читаю. Собственно, это всегда в жизни у меня самые счастливые минуты — когда читаю хорошую книгу в первый раз. Что с этим может сравниться? Ничто! 21