Когда пришла очередь знакомиться с мужчинами, он удивился количеству людей возрастных, обычно к этим годам обзаводившихся собственным домом, участком, вишенками и крыжовником. А еще – внуками, к которым тянутся их загрубевшие в дальнем космосе сердца. Однако здешние сотрудники год за годом продлевали контракт, проходили медкомиссию и продолжали работать. Нет, среди промысловиков встречались и юные лица… но в любой, оторванной от Земли станции молодежи было около восьмидесяти процентов от общего числа рабочих. Здесь – меньше половины. «Возможно, дело в мягком климате?» – помыслил директор и, поблагодарив заместителя за любезное приглашение к трапезе, предложил ему совершить прогулку вокруг станции.

***

– Да снимите же свой жаркий пиджак! – воскликнул Ференц, глядя на мучения зама. – Обещаю, что никому о нарушении протокола не расскажу. Да я и сам, если честно, не любитель официоза. В полевых условиях предпочитаю обычный комбинезон.

– Благодарю! – с облегчением выдохнул господин Лаат, пристраивая часть своего костюма в подставленные руки одного из офисных служащих. Вслед за пиджаком в ту же сторону отправился галстук. Рванув тесный ворот рубашки, он быстро промокнул потную шею салфеткой. – Лето. – извиняясь, сказал он. – Тут, в краю близкой воды, всегда слишком влажно даже с работающими на полную мощь кондиционерами. Но те охладители, которые завезли к нам с последним транспортом – настоящее чудо!

– Рад, что они произвели на Вас положительное впечатление. – ответил директор, выходя из-под козырька сооружения на воздух. – Вы правы: с непривычки тут душновато. – Оглянувшись по сторонам, он присвистнул. – Какие мощные стволы! Перед вылетом я ознакомился с описанием здешней природы, но даже представить не мог ее реального величия. – Проводив глазами медленно пролетевшую над головами бабочку, мужчина перевел взгляд на опутавшую деревья сеть цветущих лиан. – А запах! Даже розы в саду моей матери благоухают гораздо слабее. – Он повернулся к молчаливому собеседнику. – Вы тут работаете без малого пятнадцать лет. И каково Ваше от этой земли впечатление?

– Впечатление… – Господин Лаат поджал губы, посмотрел в белесое небо и затем уставился в красноватую почву, словно надеялся именно в ней найти ответы. – Рай… Курорт. Неплохое местечко.

– А аборигены? Не жалуются? Не приходят с требованиями прекратить эксплуатацию принадлежащих им недр?

– Вы, вероятно, недавно были на Соушо-ра? – Все-таки поднял глаза заместитель. – Корпорация проводила с директорами станций и филиалов видеоконференцию. Кадры протеста с грустными мордочками тамошних жителей на первом плане смотрелись уморительно. Но мы, представители компании, вынуждены с ними считаться. Только здесь… – Он почти с нежностью вытянул ладонь к деревьям. – Здесь этого нет и никогда не будет.

– Почему Вы так думаете? – Завернув за угол здания станции, господин Ласски остановился. – Надо же… Вы учли рекомендации Центра, организовав здесь отличный стадион.

– Организовали. – Отдышавшись, согласился заместитель. Тут его глаза, спокойно рассматривающие через плечо начальства знакомые предметы, внезапно округлились, а рука резко выдвинулась вперед, пытаясь затащить господина директора за широкую спину.

– Что… – тот проследил за взглядом зама. – …Что это за хрень?

***

…В их сторону, отталкиваясь от земли восемью крепкими лапами, летело животное с раззявленной пастью, в которой болтался, отлетая к плечу, синий раздвоенный язык. И за ним, если приглядеться, просматривались отнюдь не маленькие клыки. Если учесть рост в холке где-то сантиметров на двадцать выше колена, шансов выбраться из переделки здоровыми было ничтожно мало. С досадой хлопнув себя по поясу, (безопасный курорт, как же!), господин Ласски перетек в оборонительную стойку. А тучный заместитель, вместо того, чтобы вытащить хоть какое-то средство защиты или просто прислониться спиной к стене, неожиданно сделал шаг вперед. И, набрав в легкие воздух, громко заорал:

– Инти! Бесов сын! Ты что, бестолочь, творишь?!

Животное, не ожидая от человека такого вопля, резко село на попу, опустило голову в плечи и недоуменно завиляло длинным и голым, как у крысы, хвостом.

– Простите! – оглянувшись на директора, сказал господин Лаат. – Это совсем не то…

Но тут из-за толстого древесного ствола показалась хрупкая юношеская фигурка, одетая в серый комбез со знакомым логотипом корпорации. Только вместо берцев на ногах пацана красовались белые теннисные туфли.

– Фьють! – Посвистел зверюге мальчишка. – Джочи, малыш! Ну-ка иди сюда! Разве не видишь, что дядя Вилли сегодня не один?

Огромная крысоподобная тварь потянула носом, похлопала на диво длинными ресничками, заскулила и, постоянно оборачиваясь, медленно потрусила к своему хозяину, спрятавшись потом за его ногами.

– Дядя Вилли! – Парень поднял вверх руку и приветственно ей помахал. – Сейчас Вашему гостю уже легче? Говорят, обильный пот понижает температуру человеческого тела.

Оттуда, где стоял господин Ласски, были видны лишь яркие, бликующие под лучами оранжевыми сполохами вихры и широкая белозубая улыбка. Недоуменно приподняв брови, директор перевел взгляд на красное лицо подчиненного.