Выбор очевиден. Воспользовались роскошным предложением провести ночь на лавке в приёмной. Ник и Ричбич уселись, облокотившись о стену.

— Чё он там сказал? Документы и личное имущество у дежурного? — зевая спросил Антоха.

— Да, утром забирать, и чтобы нас тут больше не видели. — подтвердил Ник.

— Брат, не знаю как тебе, а мне на пары завтра. Обсуждать-то нам нечего, мы никого не трогали, ничего не нарушали, поэтому я спать.

Ричбич поежился немного, поудобнее устроившись в углу, положил голову на плечо и закрыл глаза. Ник огляделся вокруг: пустая приёмная, торчащая фуражка дежурного за окошком, слева длинный коридор с чередой дверей и большой камерой в конце, которую отсюда не видно. Никита вжался сам в себя и закрыл глаза. Изредка ото сна пробуждали звонки телефона дежурного, пару раз открывалась дверь.

— Э…э. Подъём. — Никиту и Антоху постукивал дубинкой полицейский. — К дежурному и живо отсюда.

Ричбич отлип от стены с помятым и не выспавшимся лицом, щека и ухо горели красным от контакта с твёрдой поверхностью. Документы и личные вещи выдали без проволочек и через пять минут оба шли по заливающейся от пения птиц и утренней зори, промки.

— Ну, у тебя и райончик, Никитос. Честно говоря, если бы знал, может и не поехал бы вообще! Ты как сам, нормально?

— Да, нормально, вроде. Только голова немного болит и глаз опух, тот гондон вложился знатно.

— Да уж, видно. Дома будешь когда, в зеркало не смотри, охеершь… Были бы по одному бляди, всех раскидал! А так эта крыса сзади схватила и по классике… ещё перцуху куда-то засунул. Ты когда того здорового на себя отвлёк, я своему локтем в печень, а дальше всё по технике. Джиу-джитсу, брат. Надо было руку сломать крысе той, но ты там чё-то не справлялся, пришлось тебе помогать. Давай кулачок и пятюню, брат. Пау, пау… и ещё вот так, красавчик!..

Ник и Ричбич отбили и кулачок и пятюню, и какие-то незамысловатые движения, которые всё равно с первого раза не получилось сделать у Никиты. Обсуждали эмоции и воспоминания всего вчерашнего дня. Миновали ещё пока закрытый рынок, пробирались дворами к пятиэтажке Никиты. Пока наконец не зашли во двор. Оба замерли, Ричбич схватился за голову руками.

— Мать твою… ёбаные черти…

Во дворе, без колёс, на пеньках и кирпичиках, стояла оранжевая «копейка». Сбоку во всю длину машины, большими буквами написано: «Пидор».

— Эмм… Антох… ну, краску закрасим. Колёса купим…

— Да хер с ней этой надписью и этими колёсами, Ник! Колпаки, хромированные колпаки! Ты знаешь, сколько оригинальные хромированные колпаки стоят на «копейку»!?

— Эээ… ну, ну надо в полицию сообщать, о краже! — пытался найти выход Никита.

— Нет! Нет, Ник! Мы только что в полиции были! Сами вернём, то, что украли эти черти. Ум-м. Мне надо подумать… Ладно, увидимся в «Сэвантин Сити». Щас на пары, эвакуатор заберёт мою малышку, вечером в онлайне расскажу план. Давай, не грузи меня щас, Никитос. До скорого.

Парни пожали друг другу руки. Антон крутился вокруг машины, Никита пошёл к подъезду, а вскоре закрыл за собой дверь в квартиру. Случайно бросил взгляд в зеркало и увидел заплывший глаз.

«Да уж, ну, ты и отхватил Никитос…» — подумал сам про себя. В глубине души чувствовал себя победителем, проматывая события драки в голове снова и снова. Быстро принял ванну, стараясь лишний раз не задеть раздувшийся синяк, пока вытирал голову, посмотрел с окна во двор. Антоха размахивал руками, подсказывая, как «правее-левее» грузить его разутую «копеечку». Дальше Антоха сел к эвакуаторщику в машину и вместе они поехали по дороге на выезд из промки.

На столе прожужжал мобильник.

«Блин. Пропущенный…» — выругался на себя Ник. Видимо бабулька звонила пока Никита приводил себя в порядок, а чудо финской инженерной мысли без устали напоминало о не поднятой «трубке».

— Алло, Маргарита Степановна? — перезвонил Никита.

— А?! Что? Кто это?

— Маргарина Степановна, это я ваш квартирант, я готов оплатить следующий месяц…

— Аа-а… Это ты, Никита… — медленно начала бабка с той стороны трубки, и тут же начала свирепеть, — Хулиган! Бандит! Разбойник! Мне звонили из милиции с утра пораньше! Знала, что до добра ты меня не доведешь! Бесстыдник, паскуда! Что натворил?! Воровал? Ограбил кого?! Да ты же не работаешь, сорванец! Не нужны мне твои грязные деньги! И скажи-ка мне, сегодня мой внучек Колька по линии сестрицы в тоже отделение милиции попал, весь побитый, не ты ли его со своим дружком побили, а?

— Маргарита Степановна! — попробовал резко вклиниться Никита.

— Не надо мне тут ля-ля! Бесстыдники, он только получку получил на заводе, ребёночек родился, а вы его избить и ограбить хотели?! Выметайся! Выметайся, бессовестный! Что бы через два дня и духу твоего в квартире не было! Ключи оставишь у соседки. Слышишь? Я через пару дней приеду и, если ты там ещё будешь, я за себя не отвечаю! С милицией приду, учитывай, сразу в тюрьму! Паршивец!

Связь оборвалась, Никита не сразу это понял, а как дошло, что разговор прекратился в отупении смотрел одним глазом на экранчик телефона.

«Даа… настало время искать новую квартиру…» — подумал он.

Все предыдущие мысли и планы, включая победу в игре, торговлю игровыми предметами и запары Ричбича ушли на второй план. Опять пришлось столкнуться с проблемами земными и насущными. Только накопил на одну квартиру, так в этот же момент надо искать новую, да ещё и, наверняка, дороже.

Вспомнились угрозы гопаря. «Что она там сказал? «Пизда тебе» — это он о чём говорил? Об этом? Что бабка меня выселит? Он что ли и есть внучек бабки…Колька… Синявский… наверное, так и есть. Хотя позвонили ей из милиции, то есть полиции. Хер пойми, а может он просто имел ввиду, что будет следить за мной, чтобы голову проломить где-нибудь…» — задумался Ник, включая ноутбук и заходя на сайт с арендой квартир.