– Сделай одолжение, – сказал Бак, – посиди здесь полчасика, я буду тебе очень обязан.

– Я тебе ничего не должен, Уильямс, – сказал Миллер, – но видно, что ты здорово струхнул. Дай мне слово, что ты мне первому расскажешь, что здесь происходит.

– Идет. Ты будешь первым журналистом, которому я все расскажу. Только не обещаю, что не расскажу больше никому другому.

– Так в чем дело?

– Красивое дельце.

– Если ты хочешь переговорить с Карпатиу, Камерон, об этом даже не думай. Мы тут торчим уже целый вечер. Сегодня он больше не дает интервью.

– Но он вернулся?

– Вернуться-то вернулся, но он недоступен для общения. На звонок Бака ответил Розенцвейг.

– Могу ли я войти?

Эрик Миллер придвинулся ближе.

– Камерон, – сказал Розенцвейг, – я никак не могу понять, в чем дело. Сначала тебя убивают, потом ты оживаешь. Только что нам позвонили, сказав, что тебя арестовали в вестибюле и будут допрашивать по поводу убийства в Лондоне.

Баку совсем не хотелось, чтобы Миллер мог хоть что-нибудь уловить.

– Хаим, мне нужно действовать быстро. Я воспользуюсь именем Планка. Хорошо?

– Я договорюсь с Николае и приведу его к себе. Приходи.

Он сказал Баку номер.

Бак приложил палец к губам, чтобы Миллер ни о чем не спрашивал, но это его не остановило. Бак вскочил в лифт, но Эрик шагнул вслед за ним. Еще пара журналистов попыталась присоединиться.

– Извините, ребята, но больше двух машина не потянет.

Эта пара отстала, но Миллер остался. Бак не хотел, чтобы тот видел, на какой этаж он едет, поэтому он дождался, когда двери лифта закрылись и остановил его. Он схватил Миллера за шею и прижал к стене.

– Послушай, Эрик, я обещал рассказать тебе первому о том, что здесь происходит, но если ты будешь сам соваться в это дело или таскаться за мной, я сотру тебя в порошок.

Миллер освободился и поправил одежду.

– Ладно, Уильямс. Выходим.

– Но если мы выйдем, ты все равно будешь шпионить за мной.

– Такая у меня работа, парень. Не забывай этого.

– Эрик, у меня та же работа, но я никому не перехожу дорогу. Я всегда иду своей собственной.

– Скажи, ты собираешься интервьюировать Карпатиу? Скажи мне!

– Нет, я рискую своей жизнью, чтобы увидеть, в самом ли деле кинозвезда находится в этом доме.

– Так это Карпатиу!

– Я этого не говорил.

– Слушай, возьми меня с собой, я дам тебе все, что угодно!

– Ты же сам сказал, что Карпатиу не дает сегодня интервью, – ответил Бак.

– Он не дает интервью никому, кроме национальных сетей, так что я никогда не попаду к нему.

– Это твоя проблема.

– Уильямс!

Бак снова схватил Миллера за глотку.

– Я ухожу! – воскликнул Эрик.

Однако когда Бак поднялся на этаж особо важных персон, он был удивлен, увидев, что Миллер каким-то образом опередил его и скороговоркой представился охраннику в униформе как Стив Планк.

– Мистер Розенцвейг ждет вас, сэр, – сказал охранник

– Минуту! – воскликнул Бак, показывая аккредитационную карточку Стива. Это я – Планк! Гоните этого самозванца!

Охранник преградил им дорогу.

– Вы оба подождете здесь, пока я не вызову детектива. Бак сказал:

– Позвоните Розенцвейгу и попросите его выйти сюда. Охранник пожал плечами и нажал кнопку вызова на портативном телефоне. Миллер наклонился, подсмотрел номер и опрометью пустился по коридору. Бак побежал вслед за ним. Невооруженный охранник закричал и начал вызывать кого-то по телефону.

Бак, будучи моложе и в лучшей форме, догнал Миллера в коридоре и схватил его. Шум привел к тому, что некоторые стали открывать двери в коридор.

– Сводите свои счеты где-нибудь в другом месте! – прокричала какая-то женщина.

Бак сбил Миллера с ног и сдавил его шею.

– Ты дерьмо, Миллер! Неужели ты думаешь, что Розенцвейг пустит к себе незнакомца?

– Я могу пролезть куда угодно, Бак. И ты ведь делаешь то же самое.

– Вопрос в том, что я уже сделал это, а теперь попытайся ты.

Охранник подбежал к ним.

– Доктор Розенцвейг будет здесь через минуту.

– У меня к нему один вопрос! – воскликнул Миллер.