Шрифт:
Пакистанец кивнул, признавая за собеседником право на подобный ответ. Во всяком случае, на этом этапе коммерческих переговоров.
— Продолжайте, пожалуйста.
— Этот русский сообщил, что располагает достоверными сведениями о некоем взрывном устройстве, тайно доставленном в Англию советской военной разведкой еще пятьдесят лет назад, когда у СССР уже имелись атомные технологии, но еще не было надежных средств доставки достаточной дальности. По его информации, устройство состоит из обычной взрывчатки и нескольких контейнеров с радиоактивными веществами, то есть фактически представляет собой то, что теперь называется «грязной» бомбой… Эта бомба была смонтирована и укрыта на одной из квартир в центре Лондона, что давало Советскому Союзу возможность в случае начала третьей мировой войны моментально превратить центр английской столицы в радиоактивное кладбище. А войну, если помните, все тогда ждали со дня на день…
— Кто должен был произвести взрыв?
— Специально обученный человек, по соответствующей команде из Москвы.
Пакистанец внимательно посмотрел на Закатова:
— Но ведь прошло столько лет…
— Русский клянется, что взрывное устройство по-прежнему находится в рабочем состоянии.
— Что именно он может нам сообщить? Какими сведениями он располагает?
— Адрес в Лондоне, где спрятана бомба. А также фамилию и имя советского агента, который за ней присматривает…
— И что это нам дает?
— Организация получает возможность нанести смертоносный удар в самое сердце ближайшему союзнику США по антитеррористической коалиции! Очевидно, что взрыв «грязной» радиоактивной бомбы посреди Лондона затмит собой даже одиннадцатое сентября…
— Звучит привлекательно, — закатил глаза вверх, под глиняный потолок, международный террорист по прозвищу Абу-Джихад. — Кстати, откуда у русского эти сведения?
— Он не сказал. И не скажет, я думаю…
— Вы ему доверяете?
— Я никому не доверяю, уважаемый господин Хан. Даже самому себе!
— Как-то все подозрительно вовремя… — вздохнул пакистанец. — Какое радиоактивное вещество использовано в бомбе?
— Он что-то говорил мне про полоний, про его изотопы… но я не уверен.
— Чего он хочет, этот ваш русский?
— Денег, разумеется. И хотя бы несколько часов — для того чтобы успеть покинуть Лондон перед тем, как этот город превратится в зону бедствия и катастрофы…
— Это не провокация? Как вы полагаете?
— Не исключено, — согласился Ахмед Закатов. — Однако, с другой стороны, чем вы, в сущности, рискуете, принимая предложение? Всего лишь деньгами, к тому же не такими большими. А вот я действительно могу потерять в Великобритании все, что имею…
— Да, ваши гостеприимные друзья-англичане вряд ли простят вам участие в подобном проекте! — АбуДжихад рассмеялся и даже хлопнул себя ладонями по коленям.
— Я не люблю иметь дело с неверными, — негромко, но так, чтобы его услышали, произнес пакистанец.
— Что же поделаешь?
— Нужно, чтобы этот русский доказал свою искренность.
— Каким образом?
— Для начала предложите ему принять ислам…
Площадь перед аэропортом Пулково-2 нехотя пенилась грязными лужами. Противный, холодный ноябрьский ветер швырял по стеклам свинцовые россыпи дождевых струй.
Судя по надписи на световом табло, самолет Британских авиалиний вылетал из Санкт-Петербурга по расписанию.
— Спасибо.
— Счастливого пути!
Рассчитавшись с таксистом, Владимир Александрович Виноградов прошел первую зону досмотра и встал в очередь на регистрацию.
— Проходите, пожалуйста…
Ни таможенник с постным выражением на помятом лице, ни пограничная девушка в форме старшего прапорщика не проявили к Виноградову ни малейшего интереса.
— Всего доброго!
— До свидания.
Потом был еще один досмотр сотрудниками службы авиационной безопасности: с короткими перебежками пассажиров по ковру, в одних носках, без обуви, с торопливым освобождением карманов от всего, что может зазвенеть или вдруг запищать под металлоискателем…
Тем не менее уже через десять минут Виноградов бродил с синей пластиковой корзинкой по магазину аэропорта, раздумывая, что бы такое беспошлинное приобрести на дорожку. Как правило, кто-то из его женщин, жена или дочери, непременно заказывал что-нибудь из парфюмерии, но на этот раз Владимир Александрович не был обременен подобного рода семейными поручениями.
Поэтому Виноградов пребывал в затруднении…
Покупать и везти с собой в Англию виски или джин казалось не совсем приличным. Бутылка водки по традиции лежала в чемодане — скорее для представительских нужд, чем по необходимости. Вино, ликеры, сладости и сигареты вообще никакого интереса не вызывали…
В конце концов Владимир Александрович купил бутылку «Адвоката» и поднялся на второй этаж.
Посадку еще не объявили.
Виноградов нашел себе место в кресле, напротив телевизора. Пристроил рядом прозрачный полиэтиленовый пакет с ликером…