Фоли ничего не ответил, продолжая рассматривать червей. Он тоже обратил внимание на отсутствие характерных для червей сегментов.

– Но это ведь невозможно, не правда ли? – Вопрос Брэди повис в воздухе без ответа. – Я видел круглых червей и других паразитов десятки раз, но никогда не встречал что-либо подобное! Фоли, ради всего святого, это же невозможно!

Ученый повернул к нему озабоченное лицо.

– Сначала я хочу вам рассказать о тех слизнях, которых вы принесли вчера. Я провел над ними некоторые опыты.

– Хорошо, поговорим о слизнях через минуту. Сначала что-нибудь об этих чертовых червях, – с раздражением прервал его Брэди.

– В этом-то все и дело, – резко ответил Фоли. – Слизни и эти черви связаны между собой.

– Каким, черт возьми, образом? – спросил инспектор, буквально падая на стоявший рядом стул.

– После того, как вы ушли, я рассек их и исследовал вдоль и поперек. Я прочел буквально все, что есть в библиотеке.

– И?

– Итак, – Фоли глубоко вздохнул, – это совсем не новый вид, насколько я теперь могу судить. Это новый гибрид.

– Что вас в этом убедило?

– То, что они по всем данным самые обычные садовые слизни, – ответил Фоли.

Брэди рассмеялся.

– Эти создания доходят до восьми и даже двенадцати дюймов в длину. Тот, которого вы вчера исследовали, был пяти с половиной дюймов, и он считается самым маленьким. Теперь пусть кто-нибудь скажет мне, что обычный черный слизень, длина которого не достигает и трех четвертей дюйма, и эта сволочь – одно и то же. К тому же обычный слизень не способен кусаться!

– Это я и имел в виду, говоря, что они гибриды. Видимо, они скрестились с другими видами. В нашей стране водится три вида плотоядных слизней: тестаселла могеи, тестаселла халиотида и тестаселла скутулум. Эти три вида охотятся и убивают земляных червей и других насекомых, иногда и других слизней.

– Но тогда они бы не скрестились с садовыми слизнями, они бы их просто съели, – прервал его Брэди. – Кроме того, вы сказали, что эти огромные слизни являются обычным садовым видом.

– Они безусловно имеют те же характеристики, если отделить тот факт, что они могут питаться мясом, – ответил Фоли.

Инспектор тяжело вздохнул.

– Я пока не вижу ответа на вопрос, почему и как обычные садовые слизни смогли дорасти до размеров, которые мы с вами видели, и почему они вдруг стали плотоядными, – сказал Фоли. – У меня есть только мое предположение о смешении видов.

– Но ведь слизни являются гермафродитами, не так ли?

Фоли кивнул.

– Они могут оплодотворять свои икринки и производить перекрестное оплодотворение.

Наступила долгая пауза, прерванная наконец Фоли:

– Может быть, вам будет интересно узнать, что одна самка откладывает в год до полутора миллионов икринок.

С этими словами он потянулся к своему кофе, отхлебнул глоток и сморщился, обнаружив, что кофе уже холодный.

Брэди молчал. Фоли продолжал выкладывать всю добытую им информацию о слизнях.

– Очень большой процент их погибает. Слизни сами поедают более молодых особей. Они настоящие каннибалы. Из сотни отложенных икринок выживают и достигают полной стадии взросления только три или четыре слизня. Но даже, если учесть при этом, что одна самка откладывает полтора миллиона икринок в год, это очень много. Есть одно важное условие их выживания: для сохранения икринок необходима влажность. – Фоли помолчал и добавил: – Я также обнаружил, что раздражающий компонент, содержащийся в их слизи, смертелен.

– Смертелен? Как вы это обнаружили?

– Я дал немного слизи лабораторной крысе, и она была мертва через три часа. Из этого я делаю вывод, что, если, скажем, ребенок случайно коснется слизи и занесет ее в рот, это для него может закончиться смертью. Как она действует на взрослого человека, я пока не знаю.

– А как она действует на ребенка?

– Ну, если судить по симптомам, которые она вызывает у крыс, то возникают конвульсии и отклонения в сознании. Крыса становится агрессивной, она убила находившуюся с ней в клетке другую особь.

– Просто трудно в это поверить, – сказал Брэди, вытирая со лба пот.

– Хотелось бы, чтобы я ошибался.

– Как они распространяются по территории?

– Ползают. Зарываются. Плавают. Разные пути.

– Значит, они могут использовать и канализационные трубы? – это скорее прозвучало как утверждение, а не как вопрос.

– Без всякого сомнения. Везде, где высокая влажность, они будут жить и откладывать икринки.

– Но если им необходима влажность, почему же их так много в этом году? Трудно припомнить более жаркий и сухой год.