— Его светлость герцог Форент с внучкой, ее светлостью герцогиней Форент! — раздался громкий голос распорядителя, который представлял всех вошедших в тронный зал.

Как я ни ждала их появления, а от неожиданности вздрогнула. И вместо того, чтобы всматриваться в дальний конец тронного зала, где появились крошечные фигурки посетителей, я повернулась к Третьему советнику. Мне страшно хотелось увидеть его лицо, когда распорядитель произнесет следующее имя.

И я была вознаграждена. Он не сразу осознал, что услышал, но когда до него дошло... Его лицо мгновенно побелело. Он вскинул взгляд и уставился на меня. Он уже давно догадался, что я не позволю ему выиграть в нашей битве, но все еще не понимал, почему до сих пор не проиграл. И я ничего не делаю. А сейчас он наконец-то понял. Но пока еще не все...

— Его высочество, — распорядитель на мгновение запнулся и с нотками паники в голосе повторил, — его высочество наследный принц Фиодор Грилорский...

В тронном зале повисла мгновенная тишина. В глаза Третьего советника светился полнейший ужас. Он не был глуп, он, пожалуй, был умнее многих, и, кажется, прямо сейчас раскусил всю мою игру. От начала и до конца. Я улыбнулась и отвернулась от него, приготовившись встречать своих детей. Я не боялась, что мой поверженный враг сбежит, за дверью дежурили люди Жерена.

Мои малыши изменились. Теперь никто не посмел бы назвать их малышами, даже я. Анни расцвела и превратилась в самую настоящую красавицу, юную свежесть которой обрамляли и подчеркивали роскошное платье по последней грилорской моде и фамильные украшения герцогского рода. Из образа немного выбивался совершенно не подходящий к наряду простой костяной венец на голове, в котором в темных от времени серебряных вставках мягко сиял огромный молочно-белый камень. Кажется, моя девочка нашла для него подходящую оправу...

А Лушка... вернее, мой брат принц Фиодор, превратился из немного нескладного юноши в сильного и статного молодого мужчину. Он смотрел на мир с уверенной, спокойной улыбкой, и был так сильно похож на своего отца, что никто из присутствующих ни на миг не засомневался в том, что он и есть сын его величества Эдоарда Семнадцатого. На его шее, поверх одежды висел кинжал с таким же камнем, который тоже слегка светился от переполнявшей его Древней магии.

— Ваше величество, позвольте выразить вам свое восхищение, — первым преклонил колено герцог Форент. Анни легко присела в реверансе, а Фиодор слегка склонил голову, оставшись стоять.

По протоколу я должна была ответить, но слова застряли в горле, а глазам впервые за много лет стало горячо. Я уже и забыла когда плакала в последний раз.

Я открыла рот, но из горла вырвался только тихий сип...

— Мама, — требовательный звонкий голос Хурры, как обычно появившейся из ниоткуда, прервал звенящую тишину в тронном зале, — это моя сестра и мой брат?

С тихим шелестом сотни голов повернулись в ее сторону и снова застыли. Я глупо улыбаясь и плача от счастья кивнула. Слова так и не смогли прорваться сквозь ком, вставший в горле.

— А ты моя сестренка Хурра? — Фиодор, улыбаясь, присел на корточки, — идем, обнимемся?

Хурра несколько мгновений смотрела на него, словно раздумывая, а потом кинулась в объятия брата. Она тоже по ним скучала. Я же так много рассказывала ей о нашей небольшой семье, и так часто мечтала, что мы скоро будем все вместе.

Это категорически нарушало заведенный порядок. Но мне было плевать. Я не собиралась делать замечания. Я сама на подкашивающихся ногах поднялась с трона и сделала шаг навстречу моим детям.

Я упала бы, если бы герцог Форент, не кинулся мне на помощь...

— Ваше величество, — улыбнулся он, — осторожнее.

— Мама, — Анни протянула ко мне руки, — мамочка, — прошептала она, всхлипнув.

Я чувствовала себя так, как будто бы Аруг снова почти задушил меня, раздавив трахеи. Воздух с трудом проходил сквозь сжатое горло. И я могла только тихо шипеть, выражая свою бесконечную радость.

Дети! Мои дети вернулись!

Я обняла Анни... Мой сын, подхватив Хурру, повисшую на его шее, встал и обнял нас обоих... Мы снова были вместе... Теперь навсегда.

Ну, почти навсегда. Скоро Анни уедет в Абрегорианскую империю к своему жениху, мы с Хуррой отправимся в Южную пустошь, где на самой границе уже построили небольшой поселок, который и станет столицей нового королевства. А Фиодор станет королем Грилории...

— Да здравствует его высочество, принц Фиодор! — раздался внезапно голос какого-то смельчака. И его крик тут же подхватили еще несколько человек, нестройно повторив лозунг.

— Да здравствует королева! — тут же ответил кто-то другой. И этот крик подхватили более дружно. Это было привычно и безопасно.