Он рухнул на кровать и разрыдался, оставляя меня в полнейшем обалдении. Я растерялась и не знала, что мне делать дальше. Я еще никогда не видела, чтобы мужчины рыдали так, как сейчас Адрей. И уж точно не могла предположить таких чувств у этого бесчувственного человека.

— Адрей, — я положила руку на его вздрагивающее плечо, — прости, но я ничего не поняла из того, что ты сказал... Но мне очень жаль, что это случилось с тобой, — я попыталась улыбнуться... может Адрей все еще был пьян? И все эти слезы — результат слишком большого количества хлебного вина? — Мы с тобой договорились, что избавимся от твоего отца. И от моей матери... Они уже не смогут навредить нам...

Адрей перестал рыдать так же быстро, как начал.

— Нет, — его голос звучал глухо. — Великая мать должна сохранить свой титул и свой город. Иначе пострадает моя Малинка, — он судорожно всхлипнул-вздохнул.

— Малинка? — переспросила я. Никогда раньше не слышала такого имени.

— Моя дочь, — выдохнул Адрей. И добавил тихо, — моя и моей Иссы.

— Дочь?! — ахнула я...

— Когда мой отец убил ее, — голос моего мужа, который говорил прямо в подушку, звучал глухо и страшно, — она была беременна. Роды должны были случится со дня на день... И когда, — он гулко сглотнул, — я пришел к ней и увидел, как она умирает, я разрезал живот и достал ребенка... Исса мне велела. Она успела рассказать мне, что делать. Девочка была очень слабой и почти не дышала, я привез ее сюда... Исса сказала, что только Великая мать сможет ее спасти. Так и вышло. Моя дочь живет здесь с самого рождения... Отец не знает... Я хотел забрать ее... Я думал, она будет моей маленькой принцессой... Но Великая Мать, — он сжал кулаки, чтобы не заплакать снова, — она сказала, что я больше никогда не увижу дочь, если ты займешь ее место.

Ошарашенная новостью, что у моего мужа есть дочь, я сидела и хлопала глазами. В голове было тихо, как в темном погребе. Ни одна мысль не рискнула вылезти на белый свет, чтобы не стать посмешищем. Я, вообще, не знала, как реагировать на такое признание.

С одной стороны, становилось понятно, чем зацепила Великая мать Адрея. Деньги — это мелочь. Главное — ребенок от любимой женщины. И вчерашнее напоминания было вовсе не для меня. Я как наяву увидела перекосившееся лицо мужа, когда Великая мать позвала Иссу. Но теперь мне было понятно, он испугался так сильно, что больше не смел возражать Великой матери.

Но с другой... Какое мне дело до отцовских чувств Адрея и его приблудной дочери?! Сейчас я достаточно сильна, чтобы действовать самой, не обращая внимания ни на какие препятствия. У Великой матери не будет выбора, кроме как сойти с дистанции, стоит мне только продемонстрировать связь с Богиней. Подумаешь Адрей больше не увидит дочь, а она отца. От такого отца, вообще, полезно держаться подальше. Но от такой простой мысли мне почему-то было мерзко на душе.

Я тяжело вздохнула. Решение, которое хотела принять, мне совсем не нравилось. Когда-нибудь я точно пожалею об этом. Может быть сразу, как только сделаю то, что решила...

— Адрей, — я снова коснулась плеча своего мужа, — а твой отец знает? О Малинке?

— Нет, — глухо ответил он, не поворачивая головы. — Только я и Великая мать... Ну, и ты теперь...

— Хорошо, — кивнула я. И встала с кровати. — Помоги мне одеться. Нам надо встретиться с Великой матерью. Я знаю, что предложить ей взамен твоей дочери. Она отдаст нам ребенка. А потом вы с ней уедете в Аддию... Я обещала твоей матери, что отпущу тебя. — Я почти не соврала ему. Я обещала герцогине, что пощажу ее сына и не стану казнить за участие в заговоре. Но, если подумать, разве это не значило, что я отпущу Адрея?

Наверное, Адрей на самом деле был в совершеннейшем отчаянии. Он даже не спросил, что именно я хочу предложить Великой матери, она не стал, как обычно, корчить из себя альфа-самца, которому не с руки подчиняться женщине и уж тем более помогать ей одеваться.

Через несколько минут мы уже шли по коридорам ургородского дворца. Теперь я знала, где покои Великой матери, и мне не нужны были провожатые. Адрей брел за мной, все так же молча, не говоря ни слова. Он как будто бы боялся, что открыв рот потеряет ту надежду, которую я в него вселила. Как будто бы она была птицей, которая могла улететь через открытое окно...

— Ваша светлость, Великая мать никого не принимает. В полдень объявлен общий сбор. Все желающие смогут увидеть ее там, — перед покоями Великой матери меня остановила начальница охраны. На первый взгляд та же, самая, что и ночью. Выглядела она такой бодрой, что я невольно всмотрелась в ее лицо в поисках следов усталости. И заметила небольшой, с ноготок шрам на переносице. Наверное, это сестра-близнец той, что была здесь ночью.

— Передай Великой матери, что у меня для нее есть подарок от ее покойной сестры, герцогини Бокрей.

Я оказалась права. Великая мать клюнула и после жестких переговоров согласилась отдать дочь Адрея в обмен на дневник его матери. Правда, мне пришлось добавить к этому обещание, что я не стану демонстрировать связь с Богиней в Ургороде. А Великая мать отдаст мне свой титул «во временное пользование», чтобы обмануть Третьего советника. Никто из нас это не озвучил, но ни я, ни Великая мать, ни даже Адрей, в глазах которого отчаяние сменялась надеждой, ни мгновения не сомневались, что у моего свекра есть шпионы.