Попасть в число избранных считалось престижным. Я слышала, что многие аристократы были готовы на все, чтобы принять участие в секретном мероприятии... Но везло далеко не всем. Вот уж правда, если хочешь что-то спрятать положи на самое видное место. Теперь мне стало понятно, по какому критерию отбирались участники Таинственных приемов.

Я должна была догадаться сразу, когда увидела в столовой такое большое количество гостей, но размягченная словами Адрея и своими переживаниями, я в первую очередь обратила внимание на наряды и драгоценности женщин, а не на них самих и их мужей. А тут было на кого посмотреть...

Помимо нескольких аристократов из самых приближенных к короне, здесь присутствовал и глава еще одного Высокого рода — герцог Шаврий, больше тридцати лет занимавший должность первого министра, в ведении которого было все законотворчество и экономика Грилории. Он никогда не ладил с его величеством Эдоардом, умудряясь спорить с ним по малейшему поводу. Но я всегда считала, что это только показная неприязнь, ведь отец прощал ему гораздо больше остальных. Герцог был весьма вспыльчив и несдержан, и нередко наедине позволял себе повысить голос.

Помню, как я была возмущена, когда впервые узнала о такой вольности. Но мой отец тогда рассмеялся и, погладив меня по волосам, сказал, что даже королям иногда не помешает спуститься с небес на землю. И именно такие тяжелые люди, как герцог Шаврий, могут помочь в этом деле лучше других.

Но теперь выходило, что и герцог Шаврий предал своего короля. Не оценил особого к себе отношения, и принял доброту за слабость...

Я прикусила губу, чтобы не выдать свои чувства. Только неосознанно сжала руку Адрея в поисках участия и поддержки.

— Не бойся, — шепнул мне он, приняв мою боль за страх перед незнакомым обществом. — Я рядом. Идем, — потянул вперед, заставляя сделать следующий шаг.

Мы прошли к столу под пристальным вниманием всех присутствующих. Дамы злобно зашипели, осуждая мой непритязательный вид. Адрей оказался прав. Сквозь презрение пробивались нотки зависти. Голые плечи и глубокое декольте не приносят никакого удовольствия ни дамам, ни их кавалерам, если кожа леди посинела и покрылась пупырышками от холода. Но предрассудки сильнее разумных доводов. Раз на званые приемы надевают именно такие наряды, то каждая аристократка должна следовать этому правилу, даже рискуя своим здоровьем.

— Итак, господа, — расцвел искусственной улыбкой герцог Вийрон, когда мы с Адреем сели за стол, — раз все в сборе, то предлагаю приступить к трапезе. А потом, по обычаю Таинственных приемов, дамы отправятся в комнату, где мои слуги приготовили для них шарады и таинственные загадки. А нас ждут свои развлечения полные опасности и тревоги. Настоящие мужчины так любят пощекотать нервы, — рассмеялся он...

Я мысленно согласилась. Заговор против короны — очень опасная игра. И нервы там не щекочут, а расчесывают железным гребнем до крови. Я знаю, я сама играю в эту игру уже много лет...

«Трапеза» закончилась довольно быстро. Оно и понятно, развлечения не были главной целью Таинственных приемов. Сразу, как только герцог Вийрон позволил дамам уйти, окоченевшие до состояния синих куриц аристократки рванули из столовой так быстро, будто за ними гнались собаки. Они даже устроили толкучку в дверях, зацепившись пышными юбками друг за друга. Я тоже хотела уйти вместе со всеми, но Адрей положил руку мне на колено, удерживая на месте. А Третий советник, поймав мой недоуменный взгляд, кивнул, подтверждая действия сына. Меня на самом деле приглашали остаться с мужчинами...

— Что она здесь делает? — нахмурился граф Форсор, весьма неприятный тип, который мне никогда не нравился. Он служил в казначействе, выполняя обязанности правой руки герцога Вийрона, и именно поэтому считал себя вправе оспорить решение своего босса и Третьего советника, которые и возглавляли этот «клуб» заговорщиков.

— Она, — скопировал презрительную интонацию Третий советник, — ваше сиятельство, спонсирует наши с вами дела наравне со мной. И в отличие от вас еще ни разу не отказалась оплатить дополнительные расходы. И сегодня герцогиня Бокрей наша единственное оружие, способное противостоять Великой матери. Или вы сами готовы схлестнуться с этой стервой?! — Он окинул опустившего взгляд графа и припечатал. — Так я и думал. Ни у одного из нас не хватит духу выступить против женщины, которая хорошо владеет знаниями о ядовитых травах Южной Пустоши и умело подбирает замочки к ключикам, запирая все наши недобрые намерения.

Я насторожилась. Мне совсем не понравились слова Третьего советника о схватке с Великой матерью. Я совсем не собиралась с ней бороться и противостоять.

— Но об этом позже, — довольно улыбнулся Третий советник, поймав, мой хмурый взгляд, — для начала я бы хотел сообщить вам неприятные новости, которые и послужили поводом для внеочередных сборов...

Он не спеша излагал собравшимся то, что я уже знала, о пойманной служанке, о кубке, о Великой матери... И когда закончил, в столовой воцарилась тишина.