— Я никогда не любила аддийский кофе, — кивнула баронесса Грац, разгадав мои мысли, — когда-то моя жизнь казалась мне такой же горкой. Но, когда барон Грац забрал меня в Грилорию, все изменилось. Моя жизнь стала пахнуть яблоками и медом... Как ваш традиционный взвар. И я полюбила этот напиток всем сердцем...

Она пригубила взвар и прикрыла глаза, словно наслаждаясь его вкусом. Я поднесла чашечку ко рту, собираясь сделать глоток, но истошный визг, раздавшийся в коридоре был таким внезапным, что рука дрогнула и взвар плеснуло на блюдце...

— Помогите! — пронзительно кричала баронесса Шерши, — кто-нибудь помогите!

Она, громко топая, бежала где-то там, за дверями библиотеки. Я хотела встать, но Амилла покачала головой, и я осталась а месте.

Через несколько мгновений в коридоре раздался топот множества ног. Кажется, баронессе удалось привлечь внимание других людей, и теперь они мчались в кабинет, чтобы увидеть бездыханное тело герцога Юрдиса.

Визгливый голос истеричной баронессы Шерши перебивал шум голосов.

— Я не знаю! Я хотела с ним поговорить! А он просто вдруг упал! И все! Я не знаю! Я просто хотела поговорить! А он вдруг упал! — громко верещала она, беспрестанно повторяя одно и то же.

— Идемте, — кивнула мне Амилла. И мы вышли из библиотеки. Перед дверями кабинета толпились люди. Баронесса Шерши рыдала, заламывая руки и размазывая слезы по лицу, отчего всем сразу становилось понятно, старуха пользуется красками, чтобы добавить себе привлекательности. — Что здесь случилось? — голосок баронессы Грац был полон удивления и растерянности.

— Ничего, дорогая, — откуда ни возьмись выскочил барон Грац и грудью затолкал нас обратно в библиотеку. — Вам лучше побыть здесь, пока все не утрясется.

— Дорогой! — воскликнула Амилла, останавливая его, и умоляюще сложила руки на груди, — что там случилось?! Почему «глупышка Ирла» так рыдает?!

— Герцога Юрдиса хватил удар, — хмуро ответил барон, — эта старая Ургородская шлюха снова соблазнила его. Видела бы ты, в каком непристойном виде мы нашли эту парочку.

— Дорогой, — укоризненно покачала головой Амилла и густо покраснела, — ты слишком откровенен перед моей гостьей...

— Прошу прощения, — кивнул барон, хотя совершенно точно никакой вины за собой не чувствовал. — Ваша светлость, я прошу вас побыть с моей женой еще немного. В вашем состоянии лишнее волнение тоже ни к чему... Я сам приду за вами, когда все закончится.

— Благодарю за заботу, господин барон, — склонила я голову и отступила назад. Мне, и правда, лучше побыть здесь, пока все не успокоится. То, что никто не связал меня со смертью герцога Юрдиса, было просто прекрасно.

Мы успели выпить весь взвар, съесть все булочки и сладости. По моим внутренним часам было уже далеко за полночь, когда дверь библиотеки, наконец-то, открылась и бледный от усталости барон Грац быстрым шагом вошел к нам.

— Дорогой! — заплаканная Амилла кинулась ему на шею и разрыдалась, повиснув на его шее. Все это время она спокойно наслаждалась взваром и не пролила ни одной слезинки. Но сейчас, глядя на ее вздрагивающие плечи, любой бы решил, что бедняжка все это время страшно страдала.

— Все хорошо, дорогая, — барон Грац обнял жену. Сразу было видно, как сильно он любит супругу. У него даже взгляд потеплел и уголки губ поднялись в легкой улыбке, когда он прижал ее к себе, уткнувшись в высокую прическу носом, и вдохнул запах ее густых, иссиня-черных волос. — Все закончилось. Герцога Юрдиса уже увезли. Гости тоже разошлись. Ваша светлость, — обратился он ко мне, — ваша карета ждет вас у крыльца... Мой сын проводит вас. А меня прошу простить, я должен позаботиться об Амилле.

Из-за спины барона Граца старшего вышел хмурый барон Грац-младший. На его лице застыла маска тяжелой задумчивости. Он молча протянул мне руку, приглашая пойти с ним.

Я спорить не стала и приняла его помощь.

— Никак не могу понять, как же это случилось, — произнес барон Грац-младший, когда мы ушли достаточно далеко, чтобы его мать не смогла нас услышать. — Как быстро вы закончили разговор?

— Очень быстро, — пожала я плечами. — Я всего лишь принесла герцогу Юрдису свои извинения за недоразумение случившееся с Адреем. Мне, знаете ли, совсем не хочется иметь во врагах главу тайной канцелярии. И я решила уладить этот инцидент раньше, чем столкнулась бы с его последствиями.

Барон Грац ничего не ответил, просто кивнул. Но поверил ли? Я не знала. Его брови по прежнему были насуплены, а в глазах читалась усиленная работа мысли. А я думала о том, знал ли барон Грац, что герцог Юрдис собирался отравить меня? Ведь не зря же он много раз переспросил точно ли я хочу с ним встретиться...

— Я все равно не понимаю... Герцог Юрдис вовсе не выглядел больным. Напротив, он был очень доволен. Сказал, что это решит все наши проблемы с ночной королевой... Он вам что-нибудь говорил об этом?